- Вы сами ответили на свой вопрос. Всё перечисленное относится ко мне. Мне неприятно общество и нежеланен контакт с ним. Что же касается оказания помощи… Я прожила долгую жизнь. Возможно, слишком. Мне уже не за что цепляться, не хочется, но окончить жизненный цикл из прихоти просто постыдно. Как я посмотрю в глаза близким, ждущим меня на той стороне? Возможно, я ещё не до конца исполнила предназначенное, раз Создатель теплит жизнь в моём теле до сих пор.
- Возможно, - всё, что смогла выдохнуть девушка в ответ на подобное откровение. Ей ещё предстояло привыкнуть к факту долголетия аборигенов.
Стопка сладкого тягучего алкоголя опустела, и неловкое молчание прервалось довольным покашливанием:
- Ладно. Отвлеклись, теперь пора приниматься за дело.
Карла поставила на стол один из божественных даров, «бездонную суму», принявшую в её руках вид дорожной сумки-саквояжа. Щёлкнули замки, повинуясь воле единственной хозяйки, и девушка с сосредоточенным лицом сунула руку внутрь артефакта. Повозившись, она извлекла пачку скреплённых между собой документов:
- В приложении к договору есть описание привязки дома к новому владельцу, но написано очень сухим языком, почти чистый алгоритм. Мне бы хотелось больше узнать об этом ритуале, всё, что Вам известно, Симона. Как? Зачем? Почему? И как Вы сами его проводили?
- О, на самом деле, этот процесс всегда сугубо личный и зависит, прежде всего, от желаний и стремлений мага. У Вас есть всё необходимые материалы?
- Да. Я оговорила с работодателем желаемый результат, и он помог мне подобрать подходящие комплектующие, - Карла цокнула языком, - включив их стоимость в оплату всей работы. Скупердяй.
За окном громко заорала какая-то птица. Симона тонко улыбнулась:
- В подвале есть специальное помещение, где находится мой родовой камень. Я, читая стандартное заклинание-призыв сущности, пролила на его поверхность немного своей крови, мысленно перечислила обязанности духа Дома и плату, что предоставлю ему в обмен на верную службу. Если всё прошло успешно, и какая-нибудь сущность приняла условия, то родовой камень впитает кровь, а сам дом преобразится. Некоторые духи полностью сливаются со зданием, а другие, набираясь сил, могут попросить иное физическое тело для существования рядом с хозяином.
- Мне необходимо что-либо делать в магическом плане? Вы сказали «маг», «читая заклинание», значит, необходима какая-то манипуляция энергией? Я совершенно некомпетентна в этом вопросе.
- О! Прошу прощения. Хватит одной искры для пробуждения самого камня, всё остальное сделает встроенное в стены рунное плетение. Именно благодаря ему владеть «живым домом» могут даже посредственности.
- Вот как. Хорошо, мне стало более-менее ясно, что требуется сделать. Спасибо, Симона. Я хочу сейчас же начать, Вы не против?
- О, нет. Тогда спустимся вместе, и я сразу передам права на вход в «сердце» Вам.
- Идём.
Помещение, в котором они оказались, действительно, казалось сердцевиной, сосредоточением энергетических жил, пронизывающих круглые стены этакой природной пещеры. В её центре стоял небольшой пьедестал с помещённым на него прямоугольным куском розового кварца. Его жилки имели странный серо-бурый цвет, а уродливая царапина по диагонали производила впечатление рваной раны. Симона коснулась камня руками, вздохнула и зашептала:
- Услышь меня, Аурудорус, я снимаю с тебя обязанности хранителя этого дома.
От стен повалил серый дым, формируясь в полупрозрачного кота с раздражённо мечущимся хвостом.
- Я, Симона тер Аурудора, отказываюсь от этого места, как своего дома.
Розовый кварц мигнул тусклым светом и потух. Женщина сняла его с пьедестала, задумчиво поглаживая большими пальцами гладкие грани. Карла сжала её плечо, поддерживая, хотя и не понимала причин испытуемых женщиной эмоций, и замерла перед постаментом. Сейчас ей было необходимо сосредоточиться на правильном выполнении своего первого ритуала в этом мире.