Она понимает, что промедление грозит полным провалом и, возможно, смертью, поэтому, поглубже вдохнув, она впивается острыми зубами в шею убийцы. Кожа кажется куском резины, который с легкостью поддается ножу, рот наполняется горькой, солноватой слюной, и в ушах так болезненно громко свистит по-зимнему холодный ветер.
Где-то на задворках реальности Анюта слышит голос Яна, но не разбирает слов. Все её силы сконцентрированы на одном: продержаться достаточно долго, чтобы задумка удалась.
Габриэль издает истошный вопль, выпускает когти, и его спина становится крепче. Он резко разворачивается на месте, едва не сбросив Аню с себя, одним ловким движением он откидывает Яна в сторону и рычит, почти ревет.
Девушка почти чувствует, как чужие когти проезжаются по спине и задевают волосы, она почти понимает, что происходит вокруг, почти готова...
Ян подскакивает с земли, однако замирает на месте, с ужасом и непониманием глядит на развернувшуюся картину. Анюте больше не нужна помощь, она как маленькая летучая мышь вцепилась в огромного оборотня, и тот... Не скинул ее, ему попросту не хватило сил. Как это понимать?
Глаза Гэбриэля в считанные секунды теряют цвет, клыки и когти с хрустом врастают обратно в мясо, а он сам валился на холодный снег, словно его кто-то ударил под колени.
До слуха доносится сдавленный крик - рычать он уже не в состоянии. Все это происходит в считанные доли секунд. Ян словно в прострации, он смотрит немигающим взглядом на произошедшее, и что-то щелкает в голове. Он подхватывает Аню, когда та вот-вот готова свалиться на землю, оттаскивает ее в сторону и пытается принюхаться, понять - что происходит с этим трясущимся ребенком.
- Это тебе за родителей, - буквально выплевывает Анюта вместе с чужой кровью, когда жестокие бесцветные глаза вспыхивают в последней конвульсии. Она машинально вытирает рот рукавом и приглушенно стонет, когда внутри что-то скручивается в тугой узел.
- Что ты с ним сделала? - Ян выглядит абсолютно потерянным и озадаченным, с долей презрения и отвращения глядя на ослабленного дядю.
Аня не успела ответить. С разных сторон послышались шаги, глухие рыки и смех. Оборотни из стаи Габриэля довольно быстро приближались, окружая: они спрыгивали с контейнеров, выходили из-за углов и словно выползали из-под земли. Кто-то в образе волка, кто-то в образе человека.
Ян подхватил Анюту на руки, и они переместились. Вокруг шумели черные макушки многолетних деревьев, и ветер таскал клочья снега, с остервенением швыряя их в разные стороны. Судя по разряженному воздуху и непривычным порыва ветра, они находились где-то на склоне горы.
- Больно... - тихо проговорила Аня, обхватывая себя руками. Она чувствовала режущую боль, словно колючая проволока сжималась на легких, на сердце и в голове. Холод больно жег открытые участки кожи, и дышать было тяжело из-за морозного свежего воздуха.
Ноги предательски подогнулись, и Аня повалилась в снег, утягивая Яна за собой. Она пыталась что-то сказать, шевелила губами и из последних сил обхватила голову мужчины, вцепляясь в короткие жесткие волосы ногтями.
- Ближе, - попросила она.
- Что? - Ян растерянно оглядел ее, опускаясь рядом на колени, совсем не обращая внимания на снег.
- Опустись ближе, - повторила девушка.
Мужчина послушно опустил голову, думая, что она что-то хочет сказать ему, но Анюта из последних сил подтянулась и вцепилась зубами в его шею, проникая жгучим укусом сквозь кожу. Мужчина хотел оттолкнуть ее, но не мог пошевелиться. Она как будто обездвижела его.
Теряя контроль над своим телом, Ян в ужасе смотрел на свои руки: вены вздулись, кровь вмиг потемнела и сгустилась, когти стали длиннее и крупнее, с чавканьем вылезая из лунок. Страха не было, оборотень давно растерял способность переживать это слишком человеческое чувство. Он лишь с волнением прислушивался к изменениям в организме, протекавшими так внезапно и так мощно.
Когда девушка совсем ослабла и, наконец, оторвалась от шеи, Ян почувствовал настолько острый прилив сил, что выгнул спину и зарычал. Так громко, что с ближайших ветвей осыпался снег, и даже, казалось, затряслась земля.
Сейчас мужчина слышал все: каждый шорох в лесу, звук машин на трассе в километрах отсюда и даже голоса людей, находящихся на противоположном склоне горы. И это чувство, почти граничащее со всесилием, опьяняло и пугало.
Тихий стон Анюты привлек его внимание. Девушка лежала в его руках и смотрела перед собой невидящим взглядом.
- Что ты сделала? - спросил Ян, ощущая даже то, что клыки стали намного больше и прочнее.
- У тебя теперь сила Габриэля, - тихо ответила Аня. - Я отняла ее у него и отдала те...