Он посмотрел на одного из стаи, который всё ещё не мог обратиться обратно. Он лежал на кушетке и тихо скулил. На пол тяжелыми каплями капала тёмная кровь.
— Рамиль... Тебе нужно стать человеком, — поняв, что переборщил, мягче произнес вожак. — Давай, ты сможешь регенерировать.
Он подошел к парню и провел рукой между его ушами. Занесли Марго и положили на свободное место.
— Я буду рядом с дочерью, — сказала Виктория заходя следом, как будто кто-то обращал на неё внимание.
— Натан, принеси два стакана, им нужно выпить настойки. — Самуил закатал рукава клетчатой рубашки и крутился у стола с различными медицинскими инструментами и бутылками с разноцветными жидкостями. Ему помогала Роза, точнее, она стояла рядом и ожидала команд.
— Как они поймали Стефа? — спросил Константин.
— Они как будто знали, что мы там... — слабым голосом ответил Йохан. Эмма помогала ему опуститься на стул. Рана на его животе медленно заживала, она была очень глубокая.
— Они не могли знать, — возразил вожак.
— Если бы они не знали, то около пленницы были бы стражники, а они стояли около двери. Не по бокам, а у самой двери, и ещё... — он хрипло вдохнул. — Мы даже не успели подойти, когда они схватили пацана. Кто-то сказал им, что мы будем там. Если среди нас предатель, то про Гамбоа Немые, возможно, тоже уже знают.
— Среди нас нет предателей, — мрачно поглядев на него произнёс Самуил. — Никто не просился к нам, всю стаю мы собирали по всему свету.
— Кроме Мии, — заметила Эмма. — Она пришла с просьбой взять её к нам.
— Она была ранена, — напомнил старик, смешивая какие-то жидкости.
— Тихо! Продолжай, Йо.
Ян запустил руки в карманы, подходя к нему. Если речь заходит о предателе, то споры тут не помогут. Эта тема слишком щепетильная.
— Они ведь не знают о нашем логове... А если он проболтается, то они появятся тут, как только их телепорт придёт в себя. Яд Константина долго не продержит его в отключке: доза была не большая. У нас здесь дети, их придётся увести, если от Гамбоа долго не будет вестей.
— Он не проболтается. Я в нём уверен, — покачав головой, ответил мужчина. — Их здесь не будет. Нужно немного подождать. Я могу исчезнуть и переместиться туда. Увижу всю картину и, может, что-то придумаем.
Он не был уверен в своих словах и озвучил это только для того, чтобы узнать мнение своих людей.
— Нет, — снова остановил его Самуил. — Они почувствуют твой запах, и Анюта со Стефаном могут пострадать. Не стоит так рисковать. Невидимость не поможет в такой ситуации.
— Йохан скроет мой запах и звуки шагов.
— Он ранен! — воскликнула Эмма. — Подожди Гамбоа, разве он когда-то подводил тебя?
Ян обречённо выдохнул и резким движением стянул с себя куртку. Какого чёрта всё это происходит именно с его стаей?
***
Анюту крепко приковали теми самыми цепями, в которых была Марго. Вместе с ней здесь находились три оборотня. Помещение было сырым, а запах стоял не самый приятный. Деревянный пол скрипел при любом движении, и это всё вкупе со слабым желтоватым освещением придавало помещению атмосферу фильмов ужасов.
Девушка исподлобья осматривала охраняющих её людей. На удивление, страха она не чувствовала, только сильное волнение и напряжение в мышцах. Наверное, её организм больше не мог бояться, настолько он утомился...
«Все такие одинаковые», — подумала Аня, поджав губы.
С зачесанными назад волосами, перевязанными белой тканью ртами и в абсолютно белой форме эти Немые создавали довольно неприятное и отчасти пугающее зрелище, и только брызги крови хаотичным рисунком бросались в глаза.
Вдруг дверь открылась, и в помещение затащили Стефана. У него была разбита щека, видимо, его допрашивали. Рана медленно заживала, но из глаз мальчика неровными струйками текли слёзы.
— Привет, — увидев Анюту, поздоровался он и заулыбался как ни в чём не бывало.
Девушка махнула ему рукой, охваченной тяжелыми оковами. Весь этот спектакль был для Немых. Пусть думают, что им не страшно. Девушка слышала, как сильно стучит сердце Стефана. С минуту она наблюдала, как его тоже пристегивают к стене, и, когда дверь за охраной закрылась, оставив их с прежними троими мужчинами, тоже улыбнулась мальчику.
— Поболтаем? — спросил Стефан, разглядывая надзирателей.
Один из них в упор смотрел на паренька и тот, скорчив рожицу, высунул язык, передразнивая его.
— У меня к тебе вопрос. Зачем Натан одевался? Оборотни ведь не мерзнут.
Что еще можно обсуждать, сидя в плену у психопатов?