Он здесь, рядом с ней, а значит всё хорошо, Ян ведь её защитит. Уверенность в этом дарила спокойствие и умиротворение. Анюта крепко поцеловала оборотня в щеку, ощущая его лёгкую щетину, чем вызвала улыбку на чужом лице.
— Замёрзла?
— С тобой теплее, — искренне ответила девушка и уткнулась носом в шею Яна. — Я хочу провести этот вечер, как нормальные люди.
— Тогда пицца? — словно читая её мысли предложил мужчина.
— Да, — с улыбкой ответила она. — Пицца и фильм.
33 глава
Анюта стояла под тёплыми струями воды, смывая с себя переживания, и прокручивала в голове день. Мечта сбывается прямо здесь и сейчас. Хотелось стоять под тёплым душем вечность, но уже скоро должны были принести пиццу, и девушка нехотя закрыла кран. Вытираясь полотенцем, она поймала себя на мысли, что отражение в зеркале ей непривычно, и она быстро смахнула рукой запотевший слой со стекла.
— Что за… — передняя прядь её волос была белой. Нет, не белой. Седой!
Аня аккуратно провела по ней пальцами, ожидая что прядь будет жёсткой и соломенной, но на ощупь она оказалась самой обычной.
Девушка поспешно оделась и выскочила за дверь, где оказалось еще холоднее. Мужчина сидел на краю кровати и переключал каналы на телевизоре. Он уже вышел из своего душа, и его влажные волосы были хаотично взъерошены. В номере горел свет и старая обстановка открывалась по новому, только на тумбе около кровати стояли два стакана с абрикосовым соком и графин.
— Ян! — она уселась с ним рядом и закуталась в одеяло, чтобы не замерзнуть снова и не допустить приступа. — Смотри.
— Что?
— Волосы! Они белые!
Ян посмотрел на её голову, в глаза и развёл руками. Седой пряди больше не было. Анюта убедилась в этом, когда схватила зеркало с тумбы и увидела своё отражение. Она непонимающе растрепала волосы, решив, что пряди просто не видно, но нет.
— Может, это был иней? — предположи Ян, с улыбкой глядя на растерянную Аню.
— После горячего душа? Нет.
Анюта отложила зеркало обратно и сильнее закуталась в тёплое одеяло. Очередные фокусы организма, который явно только учился удивлять.
В дверь постучали, и Ян пошел забирать заказ. Девушка закрыла глаза, прислушиваясь к своему организму: всё было как обычно, не считая холода и обострённого… всего. Запах еды чувствовался особенно резко, и она потянула носом. Очень хочется пить, но не воду и не сок. Организм требовал чего-то, чего Анюта ещё не пробовала, и требовал он настойчиво и непривычно. Словно сильный невыносимый голод.
— Тебе всё ещё холодно?
Вожак сел рядом. От него повеяло приятным теплом, и Аня, придвинувшись ближе, положила голову на плечо мужчины. Он довольно поставил перед ней две коробки пиццы и открыл верхнюю.
— Как будто морозит. Знаешь, так бывает, когда простываешь. — девушка взяла один кусочек и, откусывая, блаженно закрыла глаза. — Как вкусно…
— Откуда мне знать?
— Я когда была полукровкой, болела. Ты-то не можешь заболеть… — говорила Анюта с набитым ртом.
Ян коснулся её руки — ледяная. У оборотней температура тела всегда намного выше, чем у людей, так что он тоже отхватил пиццы и приобнял девушку за плечо, желая согреть. Чем больше они тянули с обращением к Самуилу, тем больше непоправимых изменений могло произойти в организме Анюты, но им обоим не хотелось покидать это место, особенно ей. Она была готова терпеть любые приступы, только бы остаться в Торонто.
— Не думаю, что ты простыла.
— Давай не будем об этом? Придёт время и мы со всем разберемся, ты сам так сказал. — Анюта за пару глотков выпила полстакана сока. Все еще мучила сильная жажда. Она подхватила пульт, в надежде найти что-нибудь интересное, но по телевизору все программы были на чужом языке. — Почему с нами постоянно что-то происходит?
— Ты про вампиров, которые за нами следили?
— Да. И про мои приступы, — она продолжала щелкать каналы.
— Если бы мы были простыми людьми, то и жизнь у нас была бы самая обычная, но мы особенные.
— Особенные… — повторила Анюта, словно осмысливая это слово. — А тебе нравится эта особенность в тебе? Ты бы хотел жить обычной жизнью?
— Я об этом не задумывался, — ответил мужчина, отводя взгляд. — Я с детства знал, кем должен стать. Мои родители всегда говорили мне о пророчестве.
Ян принялся уже за второй кусочек пиццы. Они с Аней не ели ничего существенного весь день, и голод давал о себе знать.
— Пророчестве? О тебе? — оживилась девушка. — Расскажи мне.
— Моим родителям сказали, что у них родится сын, который станет хранителем полнолуния. Хранители — это что-то вроде совета, состоящего из древних оборотней, вампиров и прочих. Они поддерживают баланс и равновесие и вмешиваются, если дело зашло слишком далеко.