Девушка исподлобья осматривала охраняющих её людей. На удивление, страха она не чувствовала, только сильное волнение и напряжение в мышцах. Наверное, её организм больше не мог бояться, настолько он утомился…
«Все такие одинаковые», — подумала Аня, поджав губы.
С зачесанными назад волосами, перевязанными белой тканью ртами и в абсолютно белой форме эти Немые создавали довольно неприятное и отчасти пугающее зрелище, и только брызги крови хаотичным рисунком бросались в глаза.
Вдруг дверь открылась, и в помещение затащили Стефана. У него была разбита щека, видимо, его допрашивали. Рана медленно заживала, но из глаз мальчика неровными струйками текли слёзы.
— Привет, — увидев Анюту, поздоровался он и заулыбался как ни в чём не бывало.
Девушка махнула ему рукой, охваченной тяжелыми оковами. Весь этот спектакль был для Немых. Пусть думают, что им не страшно. Девушка слышала, как сильно стучит сердце Стефана. С минуту она наблюдала, как его тоже пристегивают к стене, и, когда дверь за охраной закрылась, оставив их с прежними троими мужчинами, тоже улыбнулась мальчику.
— Поболтаем? — спросил Стефан, разглядывая надзирателей.
Один из них в упор смотрел на паренька и тот, скорчив рожицу, высунул язык, передразнивая его.
— У меня к тебе вопрос. Зачем Натан одевался? Оборотни ведь не мерзнут.
Что еще можно обсуждать, сидя в плену у психопатов?
— Он, как ты, раньше был полукровкой. А потом стал очень чувствительным после превращения. Во всём. У него слух сильный, нюх, он видит все мелочи и на холоде мёрзнет. Если облить его горячей водой, то ожег останется. — Мальчик задумчиво покачал головой, а затем встрепенулся: — Тебе всё ещё страшно?
Он говорил быстро и сбивчиво. Теперь они поменялись местами. Несмотря на его довольно спокойное поведение, мальчику было страшно, и это прослеживалось через риторику и манеру речи, а ещё по бегающему взгляду.
— Тут, вообще-то, наши враги, ты серьёзно спрашиваешь меня подобное?
— Они ведь не знают русского, — рассмеялся Стефан. — У них только вожак знает его, и то плохо.
— Точно… Долго нас здесь держать будут? Почему Ян не идёт за нами?
— Не знаю, может, что-то решают, может, кого-то сильно ранили. Потом нам всё расскажут, когда заберут отсюда.
Ох уж этот детский тон, полный надежды… Мальчик вытянул ноги вперёд и повис на цепях как на турнике.
— Маргариту ведь забрали?
Все так быстро произошло, что Аня только-только вспомнила о сестре.
— Да, она уже дома. Йохан успел забежать, пока они меня ловили.
— Хорошо.
Девушка на секунду забыла о том, что находится в сыром подвале в плену у стаи больных оборотней. Сестра в порядке — это главное.
— Хорошо бы, будь мы тоже сейчас дома, а то мне тут жутко неудобно, — сказал Стефан, ерзая спиной по стене.
— А я кушать хочу… — протянула Аня, вспоминаю вкусную пиццу, которую они ели на завтрак, но картина сражения на склоне, полная криков, крови и боли, немного отбивала этот аппетит.
Такого спокойствия она сама от себя не ожидала. Парень рассмеялся, но шум за дверью и звуки ударов заставили его вмиг стать серьёзным.
«Это, должно быть, Гамбоа!», — воодушевлённо подумала девушка.
«Сколько бойцов с вами?» — в её голове зазвучал знакомый голос, и она коротко вздрогнула, невольно посмотрев по сторонам.
Оборотни, что охраняли их, приняли стойку готовых к бою солдат.
«Трое», — мысленно ответила Анюта. — «Позовите Яна, он вдвое сильнее всех вас!».
Еще несколько ударов, и дверь вместе с косяком и петлями влетела внутрь, снесла одного оборотня и буквально припечатала его к стене. Забежали двое, один сорвал маску. Это Гамбоа, но кто второй? Он одет так же, как и все члены стаи Немых, только ещё и в белом головном уборе. Неизвестный схватил одного из охраняющих солдат и одним рывком раскроил ему грудь, пока Гамбоа бился со вторым. Немой захрипел и попытался ударить противника, но незнакомец отправил его в дверной проём, где тот встретился с бетонной стеной.
Противник Гамбоа явно был сильнее и ловче, что позволяло ему двигаться точно и наносить тяжёлые удары. Шум драки и поднявшаяся с пола пыль закружили в воздухе, в стороны брызнула кровь, и лицо Гамбоа окрасилось ссадинами.
Когда последний Немой был нейтрализован, и спасители поспешили освободить пленников, в помещение ворвалось еще несколько оборотней. Они скалились, готовые наброситься в любой момент, однако уже в следующую секунду на пути врагов появилась напряжённая фигура Яна.
Мужчина громко зарычал, раскинув руки и выпуская когти. От его мощного голоса посыпались с потолка остатки штукатурки, но Немых это не остановило: оборотни двинулись вперёд, не особо впечатлённые увиденным.
Стефан был уже освобожден, когда вожак с силой откинул одного противника. Он снёс на своём пути еще двоих, и те повалились на пол. К Яну присоединился ещё незнакомый Анюте мужчина, и они продолжили драться вместе, но девушке ничего не было видно.
Мальчик подбежал к Гамбоа в то время, как тот уже освобождал вторую руку девушки.
— Скорее, скорее, — нетерпеливо торопил его Стефан, прыгая на месте и наблюдая, как его дядя расправляется с противниками.
— Готово! — крикнул мужчина, когда Анюта была освобождена, и положил руки на плечи обоих.
Следующие события произошли как во сне, быстро и непонятно: Ян несколько раз исчезал и появлялся в разных местах, а затем запястье сжала чужая рука, и вот уже вместо подземелья под ногами обычный пол… Аня посмотрела себе под ноги, чувствуя что-то липкое под босыми ногами. Сколько крови… Она поморщила нас и с любопытством посмотрела на мужчину, который помог им. Из медчасти выскочила Виктория и подбежала к ним.
— Доченька! Слава Богу, всё хорошо!
Она крепко обняла её, привлекая ближе и Стефана. Сейчас было неважно, кого обнимать, главное, чувствовать, что дети в порядке. Мальчик тоже обнял женщину, ощущая материнскую заботу, которой особо не было в его жизни.
— Среди Немых предатель? — слегка насмешливо спросила Анюта, высвобождаясь от обнимашек матери и глядя на незнакомца с полуулыбкой.
Он стянул с головы шапку, опустил на шею марлю, закрывающую его рот, и посмотрел на неё. Его щеки покрывала легкая щетина, волосы были русые, с легкой проседью, и как у остальных членов его стаи — зачесаны назад. Улыбка пропала с лица девушки, когда она всмотрелась в знакомые черты лица. Эти ярко-синие глаза смотрели на нее с фотографии, которая стояла у её кровати, в Москве. Сейчас, правда, мужчина выглядел намного старше, чем на той фотографии, но Анюта без труда смогла узнать его.
— Папа? — чувствуя, как перехватывает дыхание, неуверенно спросила она.
========== 25 глава ==========
— Леон?
Самуил подошёл к своему другу и крепко обнял его.
— Сто лет не виделись, дружище, — произнес мужчина, улыбаясь.
Его голос был негромким, но приятным. Он похлопал старика по плечу и снова повернулся к Анюте, которая, с силой сжав кулаки, старалась не расплакаться, но слёзы предательски мутнили взор. Ей хотелось крушить всё вокруг, взрываться от злости, но в глазах темнело и ноги еле держали её.
Неужели перед ней действительно стоял отец? Где он был всю её жизнь? Всё происходящее казалось ужасным сном, за толкование которого не возьмётся ни один сонник. Виктория стояла рядом и непонимающе смотрела на отца своей дочери. Она уже всё поняла, но эта нагнетающая обстановка заставляла всё переосмысливать снова и нова. Слишком много событий для одного дня, слишком много…
— Ты все знал? — обратилась Анюта к Яну. — Вы все знали и молчали?
Осознание того, что от неё всё это время скрывали такое (!) бурлило внутри и было готово вырваться наружу громкими криками.