Дед закашлялся и отхлебнул яблочного сидра. Я отпил из своей кружки. Мы сидели у входа в полуземлянку, где обитал Феофан. Обитал, как я понял, один, без хозяйки.
— Ведун, он, ведь, почему ведун? Малец или дивчина, кои имеют пытливый ум, интерес к наукам, природе, учатся, принимают знания от учителей. Но имеют разные наклонности, характер, дары богов. Да и учителя разные бывают. Бывает, что и изнашего рода человеки склоняются в сторону нави. Слуги Мары, Кащея морок наводят и сбивают люд с пути Прави.
— Правильного пути, — догадался я.
— Можно и так сказать. Вот и идут они в Навь, постепенно утрачивая связь духа и тела. В итоге получается, что тело вроде живёт, а души уже в нём нет. Как-то так…
— А как же распознать? Кто на какой стороне?
Дед рассмеялся.
— По делам узнаешь их….
Рассмеялся и я.
Прозрение, как я назвал своё новое состояние, значительно разнообразило моё существование. Во-первых, я перезнакомился со всеми собаками в округе, во-вторых с домовыми, в третьих, попытался познакомиться с кошками, но они меня игнорировали, чем сильно расстроили. Кошек я любил. Раньше… В четвёртых, я стал различать сущностей по их свечению.
Если у сущностей Прави свечение имело светлые, яркие, радужные тона, то сущности Нави, — серые, или тёмные: тёмно-синий, тёмно-зелёный, тёмно-красный. Вроде бы такие же цвета, но нет, другие, грязнее.
Мой домик стоял, накрытый ярко сияющим радужным куполом. Я теперь понял состояние моего «шефа», увидевшего это «чудо-чудное» «диво-дивное». А то, что шеф тоже обладал прозрением, сомнений не вызывало.
Я, кстати, разорвал контракт со своей фирмой о предоставления ей своего участка во временное владение. После того, как Феофан показал мне закрома Рода и объяснил, что существуют специальные банки, которые примут от меня золото по самому высокому курсу, я вообще хотел уволиться, но передумал. Чем-то заниматься было надо, а эта работа, хоть и отнимала много времени и заставляла мчаться на машине в ночь-полночь Бог знает куда, но зато приносила хороший доход. Ведь я работал за целый офис, в штате которого должно было трудиться трое человек. А трудились я и, хе-хе, Домик.
Я не знал, сколько ещё продлится моё «срастание» с Домиком и закончится ли оно чем-то для меня полезным, ведь никакую силу я так и не получил. Это и Феофан, хоть и неохотно, но признавал. Слышать животных мог любой житель его деревни, а у бабки Матрёны был дар особый. Какой, Феофан мне не говорил. Ну ладно, дар, так и просто силу я не чувствовал. Или ей просто негде было проявиться, силе той? Если дара нет, то через что силе выйти?
Честно говоря, я пытался. Особенно, когда у нас потеплело, и можно было пробежаться по лесной дорожке и поразмышлять. Бегать я и раньше любил, и в этом теле бегал для удовольствия. А что в тридцать лет не побегать, когда здоровья ещё по самые гланды? Кстати, болеть я, действительно перестал. ТО всё простуды и ангины доставали, а тут в домике я и забыл про больничные. Тем более, что простуда, не простуда, а приёмку груза обеспечь.
В месяц у меня получалось с бонусами тысяч по триста в рублях зарплаты, которая вся ложилась на мой счёт. Тратил же я деньги общественные. Причём, когда мне были нужны деньги, из банка приезжала машина с инкассаторами, которые забирали злато-серебро, а мне на карту падала эквивалентная сумма.
Ну, да… Клады вскрывать мне всё же приходилось. И для этого, как раз и было нужно моё срастание с домиком. Через него мне приходило понимание про чистоту клада. А пройтись по лесочку, или по какой другой природе, мне нравилось. Тепло, птички, запахи разные. Мошкара, правда, как потеплело, донимать стала, но я купил хороший костюм с противомоскитной сеткой и чувствовал себя в лесу комфортно.
А большой дом мне и не нужен был. И руководство моё, мне показалось, облегчённо вздохнуло, когда я сообщил, что передумал впускать их на свою территорию. Они даже слова не возразили и не возмутились. Хотя по договору могли бы и поспорить. Я так спрятал условия, что они могли бы подумать, что смогут у меня выиграть, но спорить не стали. Только попросили меня не увольняться хоть какое-то время. Со мной поставки с Дальнего востока у фирмы наладились. А то до этого были сбои, да…
Но, на самом деле, я поступил мудрее. Я, действуя по генеральной доверенности, нанял тех ребят, что занимались нашими грузами на трёх таможенных переходах, и они продолжили свою работу, за которую я отдавал всего полторы сотни. Мои «новые сотрудники» проживали в этихнаселённых пунктах: Гродеково, Краскино, и Лесозаводске и, кроме моих грузов, встречали и оформляли ещё и другие, поэтом и не теряли в заработке.