Он замолк, видимо переживая всё заново.
— И?
— Я рассказал Паку. Он сказал: «Они ох*ели! Давай я у тебя куплю?» И я продал. Нормальную цену взял. А на следующий день услышал у Валерки шум и пошёл, на свою голову. Но они и так бы ко мне пришли, потому, что Пак не знал, куда делся знак Сварога. А я знал.
— Что за знак? — Спросил следователь.
— Крест. Не крест, а солярный знак, в виде креста.
— И где он?
— У Чижова, одноклассника. Я у него икону выменял. Я видел. Он его на шее таскал. Весь десятый класс. Я сначала не понял, что они хотят от меня. Сварог, Сварог! Солнце! Крест! А когда понял, уже поломанный весь был. В больнице они от меня отстали, и вдруг сегодня ночью снова. Он несколько раз приходил и требовал кого-то убить, чтобы Чижов пришёл в больницу. А чего ему приходить? Он — хрен знает где! Говорят, в Москве или в Питере в администрации.
— Кто приходил? — Аккуратно, чтобы не спугнуть, спросил следователь.
— Сегодня все трое приходили. Спорили меж собой. Кащей, тот хитростью всё хотел. Вий, просто придушить предлагал, а Горыну только сожрать бы кого. Вот он в меня и вселился. Крови, говорит, и мяса хочу.
Стоящие за зеркальным стеклом комнаты допроса Михал Василич и начальник убойного отдела УБОПа переглянулись.
— В дурку настроился, гадёныш, — цыкнул зубом Злобин.
— Разочарую вас, Александр Николаевич. Скорее всего, он не «гонит».
— Да ну вас, Михал Василич! Скажете!
— А как, Валерий Васильевич, к этой теме отнести убийство Макаренко? — Продолжал допрос следователь.
— Я про убийства ничего не знаю, — взвился «Грек». — С девкой, да… Грех есть… И то… Не по моей воле. А убийства мне не шейте!
— Но ведь убийства китайцев и Кима произошло сразу после нападения на Пака и вас.
— Так и вот! Я в больничке был! Сами с этими «кимами» разбирайтесь.
— Почему «кимами»?
— Мне Пак позвонил в тот же вечер, как забрал у меня икону, и сказал, что они вскрыли второй тайник и нашли там какие-то молитвы. Позвали Кимёныша, тот по-старославянски «шпрехает», он прочитал. После этого что-то, говорит, грохнуло. Я сам слышал. Мы ж рядом… Думал, кого-то рванули. Грохнуло, короче, и младшему Киму поплохело. Едва откачали. А он вскочил на ноги, схватил этого… Перуна… и ходу. Вместе с молитвой. Он это, походу, китайцев валит. Говорят, что его завалить ни у кого не получается. А Китайцы папаню его вальнули, когда узнали от Пака, что сынок образ Перуна стащил.
Глава 13
— Значит нас там ждали? — Спросил Мальцев, прослушав запись допроса Грекова.
— А то мы не знали⁈ — Сказал Попов.
Его чувство предвидения в присутствии Чижова стало срабатывать на полчаса раньше и сегодня, вероятно, спасло им жизни.
— Знали-то знали, но что дальше? — Спросил Мальцев. — Так бы уже отстрелялись, и знали с кем воюем.
— Мы и так знаем, — тихо сказал Чижов и продолжил, увидев внимательные взгляды подчинённых.
— На втором образе был изображён не Перун, а Крышень. Икона и была у меня всего сутки, но я и сейчас её вижу перед глазами. Род, Макошь, Крышень и Сварог — дети Вышня или Вишну.
— Значит у тебя крест Сварога? А у Игоря Кима Крышень?
— Да. Причем, Образ Крышеня вылит в золоте в виде изогнутой пластины, прикрепленной к деревянной основе, и на этой пластине есть отверстия для цепи. Крышень, от слова «крыть», «прикрывать». Это, как броня нагрудная. Но Игорёк прочитал «молитву», на самом деле это заговор, и стал его воином. Борцом за справедливость. Это Крышень когда-то победил Чернобога и вернул людям огонь. На самом деле огонь сожрал Горын, одна из трёх ипостасей Чернобога. Помните у Чуковского: «А… э-э-э… та-та-та крокодил солнце в небе проглотил», — это про тот случай.
— Там медведь победил, — сказал Мальцев.
— Медведь — обобщённый славянский тотемный символ. На самом деле, там не Горын с Крышенем дрались, а светлые, по отношению к человечеству, Боги с Тёмными Богами, которым человечество надоело. Крышень только приколол Горына своим «копьём». Силой своей. Пленил, в общем. И до сих пор Горын в плену у Сварожичей, то есть родственников и друзей Сварога. А китаёзы, почувствовав разобщенность талисманов, попытались овладеть ими, чтобы узнать, где искать Горына.
Я, когда крест Сварога вынул, чуть-чуть ослабил «триглав», а «Грек», разобщив его, разрушил силовые связи полностью. И Кащей, скорее всего, почувствовал это.
— А как же… Греков же говорил, что Горын заставил его поужинать санитаркой.