— Зря ты вышел в Явь, Кощей, — сказал богоборец. — Крепите его, ребята.
Рядом с Чижовым появились Мальцев и Попов, один с деревянной колодкой, другой с серебряными замками, каждый из которых был освящён печатями шести светлых Богов.
— Погиб «Турист», — сказал Чижов, подходя к телу Вусана, и становясь перед ним на колени. — Прости друг. Не рассчитывал я на такой… поворот. Прости.
— А с этим, что будем делать? — Спросил Мальцев, закончив «крепить» Кащея.
— Как, что? В наручники его… В наши наручники, в машину и на кондитерскую фабрику. Как и этого… перца, — махнул он рукой на Кащея.
«Тело» нежити потеряло человеческое подобие и теперь, по сути, было сгустком тьмы шарообразной формы, закованным в скрижали.
— Доедет ли? — Спросил Мальцев, имея ввиду Кима.
— Доедет. А я на что? Держу его пока в коме, но жить будет.
Обоих «пленников» перенесли в заехавший на склад синий «Хайс».
Чижов снова подошёл к телу Вусана.
— Прощай и извини, друг, — сказал он. — Похоронить тебя, как ты того достоин, не могу.
Прошептав кукую-то молитву, Чижов сел в машину.
— Поехали.
— Ты пойми одно, — говорил Мальцев Киму, — признаться тебе всё равно придётся. Средств и методов для этого в нашем арсенале предостаточно. Мы же сейчас по ту сторону закона. Ты сам перешагнул его грань. Кон — коном, а закон — законом. Но ты, по своей сути, «наш», поэтому применять к тебе третью степень допроса, или другую силу, я не вижу смысла. Будешь говорить?
Ким сидел в кабинете «заместителя по капитальному строительству директора Владивостокской Кондитерской фабрики», скованный магическими наручниками. Лик Крышеня с него сняли и поэтому почти всю его силу он потерял. Почти всю.
— Меня посадят, — сказал он, превозмогая боль в груди. — На долго.
— А что делать? Невинных китайцев зачем убивал? Пятеро из них были сотрудниками службы ГБ КНР. Или ты хочешь, чтобы мы выдали тебя им, и ты сидел в их тюрьме?
— Вы этого не сделаете.
Мальцев усмехнулся.
— Зря ты так думаешь. Сейчас никто не знает, что ты у нас. Они до сих пор сидят в засаде и ждут, что наколдует им их колдун. Вместе с нашими сидят, кстати. Что они высидят — понятно. Мы можем тебя им отдать просто так, неофициально. И пойми, я тебя не запугиваю. Нам необходимо поймать того, кто за три недели убил шестнадцать китайцев. Шестнадцать простых китайцев, Ким! И пять «гэбэшных».
Если ты напишешь «явку с повинной»… Типа, ты сам пришёл и покаялся. Крышу после убийства папы снесло, ничего не помню, только очнулся, простите люди добрые… Если так, то мы тебе по «минималке» накрутим и дальше подумаем о твоей работе в нашей группе. Сидеть будешь у нас, а по факту, отрабатывать свои грехи, воюя с нечистью.
Мальцев откинулся в кресле и потянулся, раскинув руки и заведя ладони за шею.
— Ели упрёшься, нам ничего не останется, как отдать тебя китайским товарищам. Ради мира на земле.
Чижов не вмешивался в допрос и даже не слушал Мальцева. Он думал, сообщить контрразведчикам, или не сообщать, о том, что преступник пойман. С другой стороны, они не сообщили ему о своей операции, решив все «лавры» забрать себе, и он про неё и «знать не знает». А «явку» можно оформить и завтрашним числом, решил Чижов и успокоился.
Главное сейчас — найти похищенный китайцами лик Макоши… Макоши, Макоши, Макоши, — крутилась мысль, и Чижов не заметил, как задремал.
«Секретно»
Москва. Главк. 8.
Торопову.
Спецсвязь. ТГ.
Спецоперация под литерой «М» завершилась пленением «объекта Т-3» и похитителя артефакта «Крышень», совершившего пять массовых расстрелов российских и иностранных граждан.
В ходе операции от рук «объекта Т-3» погиб агент «Турист».
Операция прошла в режиме «сс». Раскрытия сотрудников группы удалось избежать, благодаря организации отвлекающего фактора, с помощью передачи дезинформации через агента «Чёрт».
Считаю целесообразным доработку территории Приморского края на предмет розыска артефакта «Макош», для чего прошу четырнадцать суток.
Тихонов'.
«Секретно»
ШТ
Тихонову
Считаю розыск артефакта «Макош» первоочередной задачей отдела.
Торопов'.
— Командир, — услышал Чижов сквозь сон. — Тебя к директору.
— К какому директору, — опешил Михаил.
— К нашему.
— В смысле? Мы — это кто?
— Геологи, млять! Мы кондитеры, Михал Василич! Забыл⁈ — Мальцев рассмеялся. — Похоже, вахтёр настучал, что мы ночью пьяные с ещё более пьяным телом вломились к себе в офис.
— Возможно. И куда идти?
Чижов тупо моргал глазами, очумелый от короткого сна.