Пока он продолжал свою чайную церемонию, я по-прежнему стояла на расстоянии и крепко сжимала нож. Может, в таком состоянии у меня получится от него избавиться?
И снова воздух разрезал его голос:
— Боже, из всех в твоём роду ты оказалась самой спокойной и молчаливой. Помимо угроз ножом, конечно.
Его голос больше не напоминал потусторонний. Теперь он звучал насмешливо, почти по-человечески.
Новый взмах рукой — и все его принадлежности исчезли. Он сидел, подперев рукой подбородок, и смотрел на меня. Его ухмылкой можно было пугать детей в детском саду, а добавь к этому такого редкого цвета глаза — получится идеальная страшилка на ночь.
Молчание затянулось, мозг постепенно начал успокаиваться, паника отпускала. Раздражённо вздохнув, незваный гость снова заговорил:
— Исходя из того, что ты не понимаешь, кто я такой, историю семьи тебе не рассказали, — он разочарованно вздохнул и закрыл глаза рукой, что-то неразборчиво бормоча. Затем продолжил:
— Моё имя Варг. И я хранитель рода. Моя задача — оберегать несколько поколений твоей семьи от внешних вмешательств, так как вы обладаете определённым даром, и раз я здесь, то следующий носитель — это ты.
Последнее слово он особенно почеркнул. Не ожидая моего ответа, незнакомец стал изучать мое временное жилище. Держась на расстоянии, его взгляд цеплялся за мелочи в этой квартире.
После его короткого заявления мой мозг пытался понять, что он говорит. Дар? Носитель? Внешние вмешательства? Всё это звучало как хорошо проработанный бред мошенника, но тот факт, что это красноглазое существо появилось из темноты, не оставлял сомнений в его словах.
После моего длительного колебания Варг продолжил:
— Теперь я буду следовать за тобой, но для этого нам нужно провести небольшой ритуал, чтобы в случае чего у меня была возможность вмешаться. Пока я подготавливаю всё необходимое, могу ответить на несколько интересующих тебя вопросов.
С моей стороны, ситуация мягко говоря выглядела не очень, а вот незваный гость чувствовал себя прекрасно, будто каждый день так до смерти пугал людей. Сердце то восстанавливало ритм, то снова сбивалось. По-прежнему, я старалась сохранить дистанцию.
Мне не хотелось вдаваться в подробности того, что он собрался делать. Может быть, пока он отвлекся, постараться сбежать? Учитывая, что передо мной явно не человек, с уверенностью в девяносто и девять процентов мне не удастся выполнить этот маневр.
Он замолчал, и по щелчку пальцев стали появляться непонятные предметы: чаша, клинок, ветка оливы и что-то ещё.
— Почему я вообще вижу тебя? — чуть повышенным голосом выдала я свой страх. Этот вопрос был не самым важным в моей голове, но из-за стресса и усталости это было первое, что смогла спросить у него. Внимательно наблюдая за каждым его действием и реакцией на мои слова, он лишь снова недовольно ответил:
— Это слишком простой вопрос. Ты видишь только потому, что я позволил это. И если тебе станет спокойнее, знай я не могу навредить своему подопечному ни при каких обстоятельствах. — Быстро ответив, продолжил вырисовывать клинком что-то на своей ладони, приговаривая какие-то слова.
Клинок был маленьким и только сейчас я заметила на сколько необычным он был. На конце рукояти блистал небольшой камены, который по цвету напоминал глаза своего владельца. Сама же она была выполнена из какого-то грубого черного материала. Казалось, будто ее намотали на часть оружия, словно это была лиана. Лезвие было серебристого цвета, такого чистого оттенка я ни разу не встречала. Ближе к рукояти были выгравированы какие-то буквы или символы, но мне не удалось их рассмотреть.
Снова фокусируясь на мелких деталях, начинала игнорировать происходящую ситуацию. «Человек» передо мной продолжал свои манипуляции. И следующим шагом кровавой рукой он взял ветку оливы и превратил её в маленькую подвеску. В его руках уже была подготовлена тонкая цепочка из более реалистичного серебра, чем лезвие его клинка.
Подвеска была овальной формы с детализированным изображением оливковой ветви. Граница была золотой, а ветвь на белом фоне была будто настоящая. На обратной стороне украшения отчётливо светился символ, но пятен от его крови не было.