— Не могу. — Простояв пару минут, а пустой попытке сообразить, чтобы ответить пьяная немощь в моём лице.
— Да? Почему это?
— Сейчас. — Ответил я ему, отключая домофон и отползая в кухню с вкуснейшей водой из-под крана.
В домофон снова позвонили. И мне предстоял обратный мучительный путь до двери.
— Кто там? — Уже чуть более связно, но не менее пьяно, повторил я попытку аутентификации гостя.
— Почему «не можешь». — Словно и не было перерыва, продолжил домофон голосом тренера.
— Ты меня бить будешь, а в моём состоянии, ИК, это летально, ИК. — Холодная вода в пустом желудке вызвала икоту.
— Да? А если я пообещаю не распускать руки?
— Ик, всё равно, ИК. — Желая прекратить проклятую икоту, я со всей силы стукнул кулаком в грудь и отправился на пол, нокаутировав сам себя.
«Мда, это мне гордиться своей силой, или сокрушаться выносливостью?», мелькнула мысль на задворках сознания, бултыхающегося в спиртных парах, пока руки и дрожащие ноги пытались довести тушку до домофона. Радовало только, что икота прекратилась.
— Входи. — Наконец-то нажал, отпирающую замок, кнопку.
— Что отмечал? — Обнаружив мою измученную тушку на кровати всё так же с одеялом на голове поинтересовался тренер.
— А? Что? — Не сразу поняло вопроса моё величество.
— Спрашиваю, с какого набухался, как скотина? — Наверное впервые на моей памяти Мерсанари позволил себе проявить эмоции.
— А, в самом деле? Ик. — Блин икота вернулась, а в голове разверзлась пропасть, отрубив к блинам горчичным, все воспоминания о причинах попойки.
— Ну хорошо, что хоть не сам. — Буркнул дрэдоносец, пнув ногой пузатую пустую бутылку из-под алкоголя.
— А?? Ик. — Многозначительно промычал я, пытаясь выбраться из ставшего душным одеяла на голове.
— Говорю, что бухал не сам, иначе бы с такой дозы, скопытился. Минимум вдвоем, а по-хорошему на троих на вечер должно было бы хватить. — Осматривая апартаменты и меня, выдал полуденный мучитель.
— Ик, …? — Пытаясь поймать в фокус мутное пятно тренера, вопросительно икнул я.
— А, толку с тобой говорить. — Махнул он рукой. — Ложись.
— Чево? — Не поняло моё сознание.
— Ложись, и футболку сними. — Повторил он с пояснениями, вернувшись из кухонного закутка с полной бутылкой воды из-под крана. — Пей сколько сможешь.
Почему-то, даже почти себя не контролируя, спорить с человеком способным говорить «такой» интонацией не хотелось совершенно. Убедившись, что колышущееся «я» присосалось к горлышку и усиленно глотает воду, Мерс зачем-то подошёл к углу с дверью в санузел и открыл её.
— А теперь, ложись. — Всё так же холодно распорядился гость, убедившись, что жидкости в меня больше не помещается. — Да не на спину, на живот.
Как оказалось, пугался я зря. Мерсанари сделал мне массаж, а когда меня разморило под крепкими руками профессионала, начал втыкать что-то мне в спину. Это было совершенно не больно, скорее даже расслабляюще. Так что, сквозь дрёму я почти не ощутил тот момент, когда он прекратил равномерное постукивани и втыкание иголок, а стал так же равномерно их вынимать. Тем неожиданнее стало, приводящее в чувство, похлопывание по плечу и слова:
— Запомни: сначала Верх, затем Низ. — Проведя рукой от моих глаз к своему лицу, помог сконцентрироваться моему сознанию на источнике голоса массажист и повторил: — Верх, Низ.
— Чег… Бг-г-г — Попытался уточнить я, когда одновременный спазм по всему телу, вытолкнул внутренности одновременно в два направления, и моё тело рвануло к заботливо оставленной открытой двери. А в голове крутилось, «Сначало Верх, затем Низ, иначе от позора не отделаюсь».
Так знатно меня не рвало, пожалуй, никогда. Чередуя подходы к белому товарищу в разных позициях, мой организм очищался от всего выпитого. В какой-то момент, плюясь зелёно-жёлтой слизью мне даже показалось, что белобрысой твари удалось вывести из моего организма выпитое даже в студенческую пору. Испытавший резкое очищение организм дрожал мелкими спазмами, но голова прочистилась почти полностью, хотя от похмелья и «хрустальной болезни», когда кажется, что каждый скрип и движение приведут к взрыву черепа, процедура не помогла.
Несмотря на то, что спазмы пошли на убыль, я не решался покинуть укромного уголка, когда в дверь вновь позвонили. Ну что за день незваных гостей. И ведь не выйдешь на трясущихся-то ногах.
— Я открою. — Поставил меня перед фактом Мерс и не дожидаясь, активировал домофон. — Кто там?
— Прошу прощения, это квартира Александра? — Донесся до меня женский голос.