— Отправь его домой, пусть живёт, как жил, и свяжется со мной через неделю.
— Слышал? Иди. — Приказала Вампирша.
— Кстати, откуда месяц? — вернулся я к поднятому чуть ранее вопросу.
— Я не какой-то птенец из гнезда, я Первородная. — Гордо приподняла голову Оноре.
— Понятно. — Индифферентно сообщил я, рассматривая в свете открытой двери девушку.
Стоит признать, этим стоило заняться, чуть раньше. Оправданием мне может быть только тусклое освещение, и то что оценивать существо, которого быть в реальности не может, с точки зрения женской красоты я не мог. Теперь же, я должен признать, что впечатление нежить производила. Да, производила!
Невысокая ладная фигура, как раз то, что многие ценители называют «Скрипка», изящная, точная, грациозная. Спина ровная, шея в меру тонкая, грациозная с аккуратной головкой. Лицо словно выточено в лучших традициях южных широт. Голубые, на грани стали, глаза с скромно приспущенными ресничками и мелькающими на дне демонами азарта и страсти. Бантик губ, слегка бледноватых, на мой вкус, но вполне страстных и будоражаще-желанных. И тугая чёрная до смолистости коса, переброшенная через левое плечо.
Кукла! На грани идеальности! Готовая в любой момент превратиться в алчущего крови и смертей монстра. Вампир, Грых их всех. Дитя похоти, страсти и смертного хлада.
— Приглашаю Вас почтить Мой Дом. — Один из видов пригласить нежить к себе домой, средней распространённости.
— Для меня честь принять Ваше приглашение и чтить Ваш Дом. — Классический ответ, после которого вампир признаёт себя гостем и, согласно этикету, может войти в жилище.
Само собой, войти она смогла бы и без этого спектакля, но культура вампиров, тех ещё домоседов, требует дозволения хозяина на визит. Непрошеного гостя, пришедшего и вторгшегося на территорию немёртвого, хозяин атакует в девяти случаях из десяти, и пусть я не вампир, но прав, как у взявшего на себя защиту свободного сородича, у меня может оказаться и побольше. Всё же некроманты и вампиры — это очень сложная тема.
— Мне нужен отдых. Как видишь, места тут маловато, так что, устраивайся, как сможешь. Разговор продолжим позже. — Убедившись, что Искра уже сопит в две дырочки, устроившись в своём углу, я скинул рубашку и, посетив душевую камеру, забился под одеяло.
Спать хотелось жутко. Настолько, что сама мысль о дальнейших телодвижениях и анализе трофеев и гостьи вызывал зубовный скрежет. Мелькнула даже мысль, что если вампирка ночью меня сожрёт, то просыпаться не придётся, и это будет просто чудесно. Так-что, повернувшись спиной к сидящей в кухне, и наблюдающей за мной девушке, я закрыл глаза и провалился в сон без сновидений.
Утро пришло неожиданно, вот я спал и вдруг — проснулся. Лёжа в постели на правом боку и кайфуя от утренней неги с закрытыми глазами я даже не сразу сообразил, что что-то было не так. Между мной и стеной было нечто в меру мягкое и рельефное, прижавшись ко мне и забившись под руку, спало нечто прохладное на ощупь.
— Господин, вы проснулись? — с лёгкой иронией уточнил голос девушки, ощутив, как моя рука пустилась в исследование неопознанного лежачего тела, разделяющего со мной постель.
— Угу. — Признался я, всё так же, не открывая глаза и переводя руку из режима «исследование» в «ласки». Кем бы я там ни был, но ещё ни одна девушка, оказавшаяся в моей постели голой, не выбиралась из неё, не получив толику моего внимания. И я не видел причин, почему Оноре должна была стать исключением.
Утренняя зарядка в горизонтальной плоскости принесла и мне много позитива и несколько неожиданных открытий. Началось всё с того что, ощутив мои явные поползновения к чести, вампирша банально растерялась.
Ощутив, как гладившая грудь рука скользнула по животу и нырнула между ног к сокровенному, девушка одарила меня штормом эмоций, половина из которых была радостно-предвкушающая, а вторая растерянно-стеснительной. Фонтанируя флюидами, она застыла словно восковая кукла, не решаясь пошевелиться.