Она ясно помнила и следующее утро на скамье в саду того самого дома, который они с Алонсо арендовали в Агре. Как она вбежала в дом, скорее в спальню, убедиться, что весь ужас ей приснился… но нет, кровать заправлена, никто не спал на ней этой ночью…
Индийские власти обнаружили тело ее мужа именно там, где она описала. Он был захоронен согласно религиозным верованиям тхагов – мрачных последователей богини Кали. А его убийцы были найдены в окружавших поляну кустах с переломанными хребтами и вырванными глотками.
Элизабет с сыном вернулись в Париж…
***
Воспоминания начали прерываться, путаться... и постепенно исчезать. Элизабет открыла глаза… она в своей спальне, шторы закрыты. Служанка спала на стуле рядом с изголовьем. Горела единственная свеча.
Старая женщина дышала все медленнее. Силы вместе с кровью из раны покидали ее. Сделать каждый следующий вдох становилось все труднее и труднее… Над Парижем опускалась ночь… а над ее ложем склонилась тёмная тень.
Знакомый холодный взгляд, мощная когтистая лапа берет ее руку и… ласково гладит, успокаивая. Холод пронзает тело все сильнее, и тем настойчивее становится поглаживание. Ее таинственный гость не произносит ни слова. Но его низкий голос гудит в ее голове среди путающихся мыслей.
«Я пришел, чтобы забрать тебя, Элизабет. Я хранил тебя, чтобы затем отдать своему господину. Сила твоей души необходима ему в предстоящей битве. Полки уже ждут тебя, Элизабет, чтобы твоя сила вдохнула в них жажду убивать!"
По ее морщинистым щекам катятся слезы. Права была ее черная нянька Суккина, ничего хорошего не могло быть с ней рядом… Проклятый ребенок, так и не прощенный своими родителями,
пополняет ряды темной армии. Страшная сказка детства обернулась в конце жизни жуткой правдой… Бороться нет сил, она знает, что следующий вдох будет последним. Еще секунда, еще одна… Тело женщины замирает. Но она, Элизабет уже стоит перед своим страшным хранителем, который должен доставить её в небытие?
Но отчего же он медлит, отчего его желтые глаза так отчаянно скользят по ее лицу, вглядываются в него… и в его глазах мечется мотыльком не то мысль, не то какое-то невысказанное чувство. Когтистые лапы подхватывают на руки бесценную ношу. Не хватают, а бережно берут, и едва заметно качают, успокаивая.
«Своевольница, решительная, смелая, преданная - ты достойна большего, чем постоянный огонь и мрак, чем полчища отвергнутых душ. Когда я был рядом с тобой, я ощущал радость - чувство настолько забытое, что я чувствовал себя, как маленький ребенок. Я не смогу, пройдя с тобой весь путь рядом, предать тебя именно сейчас… Посмотри, что он сделал со мной. Я был таким же, как ты когда-то, и что стало со мной? Я польстился на его посулы и забыл, что значит - быть человеком…»
Неужели голос в голове тоже может дрожать? В нем может быть слышна какая-то особенная внутренняя мольба, просьба, надежда?
Но тут огромные лапы делают одно мощное движение и подкидывают Элизабет высоко-высоко в небо… И она взлетает, а через мгновение ощущает радость полета, наделяющую ее светом, придающую сил… и впереди, впереди только высота… только безбрежное небо над головой…
В ее комнате огромное существо падает на колени, хватаясь за могучую шею. Оно хрипит, задыхаясь, будто кто-то незримый и могучий дергает за невидимый ошейник, тащит его обратно к хозяину... в кромешную тьму.