Все сидели какие-то пришибленные и мрачные.
-- А если род не пресекся? -- спросил Джереми, явно из академического интереса.
-- Задайте себе вопрос насколько вы нужны этому роду. Вы кто? Новый Мерлин? В лучшем случае появление нового члена семьи просто проигнорируют. А могут и предъявить на вас права. Замечу, что по законам магической Британии, если родственник - маг, то он имеет неоспоримое преимущество в плане опеки над молодым волшебником перед родственником не магом. А раз вы сами заявили о себе... Помните я говорила о добавлении в договор с гоблинами пункта о конфиденциальности? Так вот, без этого пункта гоблины продадут информацию о новом члене рода всем, кто пожелает ее купить. Таким образом, согласно законам, если вы подали заявление, проверили кровь и получили результат, то вы признаете и результат проверки. А раз так, то ваш родственник в магическом мире может подать заявление об установлении опеки, которое будет удовлетворено моментально, а к вашим родителям направят министерских стирателей памяти. В статуте секретности есть только одно исключение для обычных людей - если их ближайший родственник волшебник. А раз ваши родители к вам больше не имеют никакого отношения и у вас новый опекун, то они не могут и не должны знать о магии.
В комнате царило мрачное молчание. Гермиона оглядела всех и вздохнула.
-- Я озвучила две крайности, но может быть и нечто промежуточное. Вас признают и позволят жить с родителями - это тоже возможный вариант. А для кого-то, возможно, и вариант с полным уходом в семью магов лучше, чем сейчас... Бывают ведь и такие родственники, тем более у волшебника, который до десяти лет и силы свои толком контролировать не умеет.
Помолчала.
-- В общем, на этом позвольте лекцию о наследии считать законченной. Следующая лекция будет посвящена теме, как перестать быть маглом с палочкой и стать волшебником. Если у кого будут вопросы по этой лекции - спросите тогда же. Но для начала вопрос: кто считает, что сейчас бесполезно потратил деньги и хочет их забрать?
Тишина.
-- Что, никто?
-- Да ладно, -- махнул рукой Джек. -- Ты тут такого наговорила... Я ж сам чуть не побежал проверяться. Но после такого... Если все и делать, то когда уже станешь взрослым и состоявшимся магом с кучей друзей и союзников. Так что стоит оно того, ей-ей стоит.
Все согласно закивали.
-- Ну тогда, кто хочет присутствовать на следующей лекции, сообщите Джеку. Когда станет ясно количество желающих, он подойдет ко мне, а я скажу где и когда соберемся.
-- Гермиона, а почему ты сейчас не хочешь на вопросы ответить?
-- Потому, -- девочка глянула на часы на руке, -- что отбой через пятнадцать минут, а нам еще до гостиных своих добираться.
-- Ох ты ж... -- Все разом подскочили.
-- Вот куда я ввязалась? Куда? -- ворчала всю дорогу мрачная Гермиона. Она сознательно чуть задержалась, чтобы побыть одной. И теперь добиралась до гостиной в одиночку.
-- И куда же вы ввязались, мисс Грейнджер? -- вдруг донесся до неё мрачный голос из-за спины.
Девочка резко обернулась, заметила говорившего и несколько секунд разглядывала его. Потом вдруг, прежде чем дала себе труд подумать, неторопливо подошла к опешившему Снейпу, ухватила его за руку и торжественно пожала.
-- Профессор, как же я вас понимаю и сочувствую. Возиться с толпой балбесов и пытаться чему-то их научить... -- девочка покачала головой. -- Как я вас понимаю...
Тут сообразила, что ее малость неадекватная реакция может быть понята неправильна, да еще, зная профессора Снейпа, можно предположить, что он посчитает, что над ним так издеваются. Ой-ё-ёй... Решение было принято моментально, Гермиона чуть-чуть приоткрыла сознание и взглянула в глаза профессору. Тот, уразумев, что ему сочувствуют вполне искренне, а порыв хоть и гриффиндорский, но честный, даже растерялся. Причем настолько, что даже не сообразил, что на это можно ответить. Даже про коронное "двадцать баллов с гриффиндора" забыл. И пока он приходил в себя, Гермиона уже развернулась и зашагала дальше. Скрылась она раньше, чем Снейп успел опомниться.
-- Сумасшедший дом, -- он с тоской посмотрел на потолок коридора. -- И, кажется, я в нем совсем не санитар.
Глава 20
Следующие дни ничем особым не выделялись. Рон дулся и с Гермионой демонстративно не разговаривал, а поскольку последней было глубоко фиолетово на его переживания, то она на эту демонстрацию внимания совершенно не обращала, отчего Рон дулся сильнее и еще демонстративнее не разговаривал. Даже Гарри эта демонстрация достала и, когда Рон в очередной раз гордо отвернулся от прошедшей мимо девочки, он, оттащив приятеля в угол гостиной, что-то ему тихо, но эмоционально, высказал. Может он бы по-прежнему не обращал на это внимание, если бы его друг каждый раз, когда Гарри хотел поговорить с Гермионой и обсудить ее исследования шрама, не начинал громко возмущаться по поводу общения с заучкой и занудой. В общем, достал даже тех, кто был с ним в целом согласен.