-- А... А что вы скажете по нашему разговору?
-- По разговору... -- Даже в не очень большом экране крышки было видно, как озадачен Анатолий Викторович. -- Слишком мало данных. Понимаешь, есть у Дамблдора, как политика, одна особенность... Он никогда не врет.
-- Как? -- Девочка вспомнила, что обычно говорил о политиках папа. Да и наставник тоже. -- Разве так можно?
-- Маги вообще предпочитают не врать, -- хмыкнул дядя Толя. -- Но Дамблдор - это действительно мастер. Он не врет. Он делает так, чтобы его враги сами обманывались. Так что я могу сказать, что все, что он говорил - было правдой. Но намного интереснее не то, что он сказал, а то, о чем он умолчал. И вот это может оказаться намного важнее и интереснее. Потому делать какие-то выводы на основе той информации, что сообщил ваш директор, крайне опасно. Имей ее в виду, но не спеши ею пользоваться. Скажем так, я попросил наших аналитиков поглядеть твоё письмо. Ты умница, что расписала не только ваш разговор, но и указала обо всём стоящем, что успело произойти в вашей школе. Кстати, воспоминаниями о эпичном превозмогании тролля не поделишься? -- Гермиона вспыхнула от смущения, из-за того, как он это произнёс. Правда, Анатолий Викторович почти сразу вернулся к серьёзному тону. -- В общем, могу сказать, что вокруг этого вашего Поттера началась какая-то игра. Грубо говоря, директор его чуть ли не специально выставляет вперед, как знамя света и многих других красивых слов. Так что, если хочешь приключений, будь рядом, и они обязательно случатся. Тем не менее, я не думаю, что приключения будут слишком уж опасными. Скорее контролируемыми... Да, именно так. И игра эта имеет смысл только в одном случае...
-- Если Волдеморт десять лет назад не погиб, -- прошептала Гермиона.
Анатолий Викторович наградил девочку задумчивым взглядом.
-- Верно. Тебе не мешало бы потренироваться, как аналитику. Если хочешь, пришлю несколько пособий... О! Понял, не надо так сверкать глазами, следующей почтой пришлю. Но, в целом, верно. А еще этот ваш трехголовый пес в коридоре. Не думаю, что он просто так там сидит.
-- То самое приключение?
-- Скорее всего.
-- А если этот песик вырвется?
-- Не думаю, что кому-либо грозит что-то серьезное. Вот с троллем да, это мне не нравится. Тут явно не ваш директор постарался, а потому - кто знает. Песик же, скорее всего, отлично контролируется. Максимум, пожует кого-нибудь.
-- О, это очень успокаивает.
-- Стражей можно по-разному натаскивать, церберы же достаточно умны. Так что, если он что и защищает, то от взрослых. Детей он не тронет.
-- Я бы спорить не стала...
-- Или вам дадут подсказку, как его пройти.
-- Э-э-э... пройти?
-- Гермиона, ты же училась у Мишина, а этот род славился не только снятием проклятий, но и защитой. Если бы ты хотела что-то спрятать, стала бы ты так явно указывать на место, где это что-то спрятано? Порой тайна места охраняет вещь лучше любых запоров.
-- А может этот цербер и отвлекает внимание?
-- Возможно. Меня интересует другой вопрос, кто там еще участник шоу, кроме директора и этого Поттера...
-- Думаете, такой есть?
-- Обязательно есть. Кто-то же выпустил тролля. Прямо идеальное отвлечение всех преподавателей от защиты того, что там ваш цербер охраняет. А веселый парень, ваш директор, однако. И не побоялся же устроить все это в школе. Вопрос - зачем? Знаешь, я бы посоветовал тебе держаться от Поттера подальше, так ведь не послушаешь.
-- Он мой друг, -- насупилась Гермиона.
-- Тогда, -- вздохнул Анатолий Викторович, -- могу посоветовать держать уши и глаза открытыми. Будут вопросы - задавай. Скидывай воспоминания, я с тобой свяжусь вечером после занятий. Когда там у вас они заканчиваются?
-- Отбой у первого курса в десять.
-- Ну вот, после десяти и свяжусь. С директором же будь осторожна. Всегда помни, что главное не то, что он говорит, а то, о чем он молчит.
Девочка задумчиво закрыла крышку шкатулки и какое-то время сидела молча, решая, хочется ей во все это влезать или нет. Но ведь интересно же!
-- Эх, правильно говорит наставник - любопытство сгубило кошку. Моя анимагическая форма точно кто-то из кошачьих! -- С этими словами она убрала шкатулку поглубже в сумку и достала книги - пока они не приехали, есть время почитать кое-что интересненькое. Специально в дорогу брала. Для лёгкого чтения.
Каким образом поезд, выезжая первого сентября в одиннадцать, приезжал в Хогсмид вечером, а когда привозил студентов с рождественских каникул отъезжая в те же одиннадцать прибывал на станцию к обеду Гермиона старалась не думать. Богатое воображение могло увести в неведомые дали, через которые проносился состав, пересекая грани параллельных миров... Трезвый же взгляд на вещи подсказывал, что они просто едут другой веткой, о чем говорил пейзаж за окном. Но для мира магии такое объяснение явно чересчур приземленное и скучное, а потому лучше верить в чудо. Иногда Гермиона позволяла себе такое. В конце концов, она в семь лет уже не верила в магию и волшебников, и, как оказалось, напрасно.