— Слышала.
— И я думаю, что его сын проклятье словил тоже не просто так, не тебе мне говорить, что надо сильно постараться, чтобы проклясть ребёнка в этом возрасте.
— Догадываюсь.
— И тем не менее ты хочешь туда отправиться?
Гермиона помолчала.
— Зачем наставник учил меня снимать проклятья, если когда нужно спасти чью-то жизнь, я откажусь это сделать?
— Это выгодно, вообще-то. Ты знаешь, сколько зарабатывают профессионалы, снимая проклятья у этих гордецов из древнейших и благородных?
— А у этого твоего знакомого таких денег нет. Ребёнок-то в чём виноват?
— Может, они заслуженно словили?
Девочка снова помолчала, а потом молча направилась к выходу. У дверей остановилась.
— Я не господь бог и не могу решать кому жить, а кому нет.
Шарх прищурился.
— А ты не пытаешься взвалить на себя грехи наставника?
Гермиона резко обернулась, в глазах блеснули злые слёзы.
— Что ты понимаешь?!
Шарх поспешно поднял руки.
— Хорошо. Я отведу тебя туда. В этот раз. Но потом мы с тобой поговорим на эту тему. Говоришь не господь бог, чтобы решать кому жить или умереть? Но почему ты решила, что имеешь право отвечать за чужие грехи? Отвечай только за себя! А твой наставник вполне заплатил за свои ошибки. И расплатился сполна.
Гермиона выскочила за дверь. Шарх покачал головой, наблюдая, как девочка перебегает дорогу и скрывается за калиткой дома Кливена. Вернулась оттуда она уже упакованная в полный костюм мастера проклятий с сумкой за плечом и маской на лице. Хотя из-за чар на капюшоне лицо и так невозможно было разглядеть.
— Я готова, — донёсся до Шарха глухой невыразительный голос из-под капюшона, который опять-таки невозможно было идентифицировать.
Он покачал головой.
— Зря ты это затеяла. Всех всё равно не спасти. Но, как знаешь. Давай руку.
Мгновение и парочка исчезла прямо из гостиной.
Появились они в центре улицы то ли посёлка, то ли табора. Дома вроде бы прочные и деревянные, но тут и там виднелось нечто, похожее на палатки или индейские вигвамы, что зимой смотрелось для неё немного дико. Гермиона мрачно огляделась.
— Даже не знаю где лучше, тут или в Яме.
Шарх предупреждающе сжал ей плечо, показывая, что их заметили. Впрочем, на это не обратить внимание было нельзя — их уже окружила троица довольно мощных мужчин в простой и прочной, но какой-то неопрятной одежде. На Гермиону они смотрели настороженно, но агрессии не проявляли.
— Мы к Бейзу, — сообщил Шарх встречающим.
— Хм, — хмыкнул один из троицы. — Надо же, а я не верил, что тебе удастся уговорить мастера. Что вы хотите попросить, маг?
Гермиона не сразу сообразила, что обращаются к ней.
— Я здесь пока только оценить и ничего не обещаю. Когда нет уверенности в успехе, нельзя что-либо требовать.
— Оригинальный подход, — и непонятно было понравился он мужчине или нет. — Я провожу вас и прослежу, чтобы Бейз не натворил глупостей. Нам тут проблемы не нужны.
Махнув остальным двум, он решительно зашагал по улице даже не глядя по сторонам. На них косились с интересом, некоторые враждебно смотрели, другие вообще не обращали внимания. Правда шагал мужчина так быстро, что Гермионе пришлось почти бежать, так что ей было особо не до красот вокруг, хотя и старалась запомнить всё, что могла.
Около одного дома мужчина один раз, но мощно стукнул в дверь.
— Бейз! К тебе пришли. Друг твой.
— Таг? Какого чёрта ты явился?
Дверь распахнулась и показался всклокоченный человек, явно не брившийся уже несколько дней. Хмуро огляделся и тут его взгляд наткнулся на Гермиону в рабочем костюме, явно выдававшем характер её деятельности.
— Мастер! — взвыл он и попытался броситься к ней, но был перехвачен за руку Тагом, кажется даже хруст послышался.
— Бейз, я не стал запрещать тебе связываться с твоим другом потому, что не верил, что кто-то придёт. Ладно, признаю, что ошибся, но ты понимаешь, что проблемы нам тут не нужны? И я хочу услышать о плате, которую ты предлагаешь. Если она хоть каким-то образом задевает стаю, клянусь, я убью тебя.
— Я предложил себя в рабы, — после недолгого молчания заговорил он, наконец.
Таг помолчал.
— Это твоя жизнь. Но тогда я и с тебя предварительно стребую клятву не выдавать тайн стаи.
— Стойте! — Гермиона торопливо вышла вперёд. Натолкнулась на неодобрительный взгляд Шарха и поспешила взять себя в руки. Как никогда девочка понимала, что сейчас всё может закончиться очень печально из-за любого не так сказанного слова или если её неправильно поймут. — Я ничего не говорила, что согласна принять такую службу. — Гермиона старательно пыталась говорить о себе обезличено, что бы никто не понял кто она. — Пока я хочу просто посмотреть, о цене поговорим позже. Возможно у меня и не получится ничего.
Вскинувшийся Бейз сник.
— Прошу вас, проходите. — Он торопливо отодвинулся с прохода.
Первым в дом вошёл Таг, за ним сразу Шарх, задвинув Гермиону себе за спину. Предосторожности оказались излишними, но Шарх всё равно показывал, что готов к схватке. Впрочем, сама Гермиона забыла обо всём, стоило ей увидеть тело ребёнка на кровати, перед которой сидела поникшая женщина. Вот она подняла голову и в глазах на миг вспыхнула отчаянная надежда, но тут же она взяла себя в руки. Девочка даже восхитилась этой выдержкой, видно, чего ей это стоило.
— Проходите, прошу вас. — Она поднялась, уступая место на грубом табурете.
Гермиона медленно подошла и села на краешек. Глянула на лицо бледного мальчика, на чьём лице были видны несколько тёмных пятен. Если приглядеться, то было видно, что они медленно растут. Девочка попыталась поднять руку, но тут же почувствовала, как она дрожит. Показывать слабость было ни в коем случае нельзя. Да, первый пациент, с вещами куда как проще. Не справился, отложил. Но впервые ей нужно было снять проклятье с человека. И его не отложишь в сторону, попросив пока не умирать.
Чтобы хоть немного успокоиться, она включила магическое зрение и стала внимательно изучать узоры проклятья. Привычное действие помогло взять себя в руки, и дрожь постепенно ушла. Девочка быстро, чтобы не потерять настрой, достала палочку и наложила несколько диагностических чар. Некоторые результаты вызвали вопросы, она достала из сумки медицинский справочник и глянула на таблицу. Найдя соответствие параметров, прочитала характеристики и скастовала новые чары. Здоровье ребёнка откровенно вызывало тревогу.
Гермиона протянула руку и откинула мальчику волосы с лица. Ребёнок вдруг дёрнулся и вцепился в перчатку.
— Мама… мамочка… я ведь не умру, да?
Это уже было выше всяких сил. Гермиона торопливо поднялась и вышла на улицу. Облокотилась о перила крыльца, разглядывая облака в небе. Рядом остановился Шарх.
— Я велел им оставаться в комнате… сказал, что тебе надо подумать.
— Спасибо… Шарх…
— Да?
— К моему наставнику это не имеет никакого отношения. Честно. Я не собираюсь брать на себя чьи-то грехи. Но если я могу помочь, почему нет? И что, что оборотни? Разве они не заслуживают жизни?
— Многие с тобой не согласились бы.
— Ребёнок не оборотень. Это по наследству не передаётся.
— Если оборотень не мать и рождение не приходится на полную луну.
— Но тогда рождается оборотень, способный контролировать своё превращение.
— Самые опасные.
Гермиона вздохнула.
— Я не уверена, что смогу помочь. Это что-то древнее… Но я уверена, что такое мне уже попадалось… Уверена…
Гермиона быстро развернулась, достала из сумки огромный талмуд, плюхнулась прямо на доски крыльца и погрузилась в чтение.
Шарх хмыкнул. Да уж, его подопечную только могила исправит. А сумочка-то явно непростая, если в неё залез такой талмуд.
Девочка вдруг сорвалась с места и бросилась в комнату. Шарх, ругнувшись под нос, бросился следом. Застыл за спиной подопечной, а та в свою очередь замерла перед кроватью. Её взгляд периодически скользил с лица ребёнка в книгу и обратно. После последовало несколько взмахов палочки. Получив какой-то одной ей понятный результат, она кивнула, развернулась и зашагала к выходу.