Гермиона покачала головой.
— Это так не работает. Прощение должно быть искренним, без принуждения. Я пришла только объяснить, потому что думаю, что вы не понимаете, как работают проклятья.
— Как бы не работали, — гневно зашипела женщина, — но я рада, что он понёс наказание!
Девочка заметила мужа женщины, который быстро протиснулся мимо жены и застыл чуть в стороне, но таким образом, чтобы в любой момент иметь возможность защитить её.
— Он? Наказание? Смерть невинного — это справедливость?
— Пусть он страдает так, как страдаю я!
Гермиона молча чуть отогнула полу плаща и достала цветок, один из лепестков которого уже наполовину почернел. Задумчиво рассмотрела его.
— Это душа того ребёнка, — пояснила она. — Точнее связь с ней. А эта чернота — ваше проклятье, которое медленно убивает ребёнка. Его мать сейчас рядом с ним, думаю, она уже не верит в спасение и теперь просто старается сделать так, чтобы для её сына эти последние дни стали самыми счастливыми.
— Пытаетесь вызвать жалость, мастер?
— Жалость? От мастера проклятий? Женщина, ты не представляешь сколько мерзостей мне пришлось повидать. — Ну да, преувеличила немного, но зря что ли Гермиона посещала театральный кружок? Хотя да, тогда её наставник заставил, а сейчас за это девочка была ему даже благодарна. Не будь тех занятий, не уверена, что она смогла бы сыграть этакого циничного и много повидавшего мастера проклятий. — А здесь я чтобы дать шанс тебе. Тебе, а не этому ребёнку.
— Это справедливая кара убийце!
— Справедливость? Какое… слово. Ты в самом думаешь, что тёмная магия справедлива? Не знаешь о цене, которую нужно за это платить? Или ты в самом деле веришь, что это ангелы Справедливости проводник твоего желания? — Гермиона медленно и, хотелось думать, немного пафосно, подняла руку и указала на живот женщины. — Вот твоя цена.
— Что? — женщина испуганно прижала руки к животу.
— Жизнь за жизнь, женщина. Или ты полагала, что шутки шутишь? Проклиная кого-то, ты проклинаешь себя. Убивая невинного ребёнка, убиваешь и своего. У тебя больше никогда не будет детей — это твоя плата. И даже если кого приведёшь и полюбишь, как своего, он умрёт.
— Ты врёшь?
Гермиона медленно вытащила палочку подняла её.
— Клянусь, что мои слова правдивы. Но! Я сумела немного отвратить проклятье. Оно здесь, — Гермиона подняла розу повыше другой рукой. Повернулась и аккуратно поставила её в вазу. — Тут есть и частица души вашего сына.
— О чём ты?
— О вашем ребёнке. Можете мне не верить, но, полагаю, врачи подтвердят. Готова поклясться, что вы забеременели сразу после проведения моего ритуала. И теперь, будет ваш ребёнок жить или нет, зависит только от вас. Можете дальше настаивать на справедливости, но готовьтесь за неё платить, теперь вы знаете цену. А этот цветок я оставлю. Когда упадёт последний лист, ваша справедливость свершится. Бейз, мы уходим.
— Так что, — отмер мужчина. — Теперь будет у нас ребёнок или нет, зависит от того, простим ли мы убийцу? — Выглядел он при этом настолько растерянным, что даже казался немного смешным.
Гермиона остановилась.
— Вы ведь сами выбрали с кем заключить договор. И сами поставили условия. Вы в самом деле полагали, что ничем не придётся платить за использование тёмной магии? Спешу вас разочаровать, но она всегда забирает плату. Настоящей справедливости вы могли добиться раньше. Сейчас же вам придётся выбрать что вам важнее — ваша справедливость или ваши дети. Кстати, вы ведь маги и вы знали, что там резервация оборотней… Скажите, что вы там делали ночью, в полнолуние, да ещё с ребёнком?
Женщина растерялась, а её мужу, судя по виду, раньше даже в голову не приходил этот вопрос.
— Мы… мы заблудились…
Ложь откровенная, но Гермиона не желала в этом разбираться.
— Как скажете. Всего хорошего.
— Как же я устала, — были первыми словами Гермионы, когда она вернулась домой. — Мама, почему люди такие… такие…
— Такие? — мама заставила девочку положить голову ей на колени и пыталась разгладить шевелюру.
— Грязные, — наконец подобрала она ответ. — Я ведь сначала даже сочувствовала этой женщине. Потерять ребёнка, которого убили на её глазах… Но что она вообще там делала? Точно что-то незаконное. И её аура… Не знаю, что это значит, но что-то нехорошее. Боюсь, она сама увлекается тёмной магией и не понимает, что там к чему. То-то у неё проклятье получилось настолько сильное и точное. Только сейчас поняла, что мне в нём казалось неправильным. Оно не было стихийным, в нём не было отчаяния матери, потерявшей ребёнка, только холодный расчёт. Это было хладнокровное убийство. И только из-за того, что она сама не разбирается в том, что творит, отправило рикошетом проклятье на неё же. Потеря самого важного для тебя… Она не поняла, что проклятье работает и обратно и что ей придётся тоже платить самым важным для неё.
Мама только растерянно молчала, не зная, что сказать на это. И в глазах тревога. Не должны дети с таким сталкиваться. Не должны. Но и не запретить, если это занятие может спасти жизни. Гермиона не согласится, уж свою дочь она знает. Знает её упрямство.
А Гермиона снова вздохнула.
— Она простит. Не сегодня, не завтра, но простит. Для неё её дети тоже самое важное и она не захочет их терять.
— Между прочим, тебе завтра в школу, спасительница ты моя.
— Угу. Но я сделала завязку на цветок души и пойму её выбор. Сообщу Шарху, а тот Бейзу… Нет, она определённо простит. Всё-таки она сама мать… Правда, мама? Ведь простит?
И что тут ответишь? Эмма вздохнула и погладила дочь.
— Конечно…
====== Глава 14 ======
Перед самым отъездом, когда папа уже загружал вещи в машину, рядом остановился неприметный шевроле, из которого выбрался такой же неприметный мужчина. Обычный настолько, что в толпе и глаз на нём не задержится. Оглядел их всех, вытащил с заднего сиденья небольшую коробку, размером со стандартную посылку, и направился к ним. Гермиона на всякий случай нащупала палочку и чуть сместилась. Чтобы, если что, можно было спрятаться за машину.
Мужчина же, словно почувствовав, остановился немного не доходя.
— Мисс Грейнджер?
— Это я, — девочка подняла руку… левую, правая всё ещё сжимала палочку.
Мужчина, похоже, это заметил и хмыкнул.
— Вам посылка от Кострова Анатолия Викторовича. — Он повернул пакет таким образом, чтобы стали видны все прописанные адреса и штемпели. Теперь можно было рассмотреть, как на нём в правом верхнем углу переливаются разными цветами буквы, складывающиеся в слова «международная магическая почта»
— Ого, а есть и такая? — не удержалась Гермиона, заставив мужчину улыбнуться, а родителей удивлённо взглянуть на неё. Девочка в ответ ткнула в угол пакета. — Вот.
— А что тут? — удивился папа, разглядывая пакет.
— Обычные люди эту надпись не видят, — усмехнулся мужчина. — И да, такая почта есть, иначе, как отправлять что-нибудь в другие страны? Быстро, надёжно, в любое место. — Тут он заговорщицки подмигнул и чуть склонился к уху девочке. — Хотя в данном случае это прикрытие, а посылка пришла дипломатической почтой, а я работаю курьером в дипмиссии по доставке особо важных документов. Анатолий Викторович попросил передать лично в руки. — Выпрямился. — Все пояснения внутри. Там же и письмо, но советую распаковать в спокойной обстановке. А пока, мисс, распишитесь за доставку. — Он быстрым жестом извлёк откуда-то листок и положил его на пакет, ткнув пальцем в нужное место. — Вот здесь.
Гермиона озадаченно глянула туда, похлопала себя по карманам, растерянно глянула на мужчину.
— А у вас ручки нет?
— Маглорожденная, — хмыкнул мужчина, прозвучало совершенно необидно, скорее, как дружеская шутка. — Это же магическая почта, где требуется доставить посылку строго адресату. А эти ваши буковки подделываются на раз. Приложи кончик своей палочки куда я показал.
Гермиона хлопнула себя по лбу, рассказывал же ей наставник, быстро достала палочку и приложила её к листу. Мужчина глянул, кивнул, и лист испарился с той же скоростью, что и появился. А девочке ещё вручили визитку.