— Да говорил, только не такими словами. Но послушать он согласился.
— Ладно, раз уж обещала. — Гермиона глянула на часы. — Давай сегодня после ужина, как раз времени до отбоя хватит. Помнишь тот заброшенный класс, в котором мы с тобой общались? Вот туда и приводи этих своих приятелей.
— Договорились…
Тут их отвлёк шум из спален мальчиков. Оттуда выскочил Рон, обернулся.
— Вот от кого, но от тебя я такого не ожидал, Гарри! — заорал он. — А ещё друг называется! Скажи уж, что тебя подговорила эта бобриха выставить меня на посмешище всего Хогвартса.
— Бобриха? — Гермиона недобро прищурилась.
— Ты это… не того… — Джек аккуратно коснулся её руки. — Если что — тебя ведь посадят.
— Да не вру я! — Из комнаты выскочил Гарри. — Ты серьёзно думаешь, что я стал бы тебя подставлять?
Довольно забавно было наблюдать как сердится «Чебурашка»: глаза распахнуты, уши помахивают словно крылья, шерсточка топорщится. Только вот не смеялся никто, даже девчонки притихли. Джордж покачал головой.
— Некоторые ничему не учатся.
— Да вы все тут сговорились!
Фред и Джордж вдруг поднялись, ухватили брата за руки и потащили к выходу. Тот что-то заверещал и попытался вырваться, но куда там. Очень быстро его подтащили к выходу и вышвырнули в коридор. Тишина. Но вот в зал осторожно заглянул Рон. Его облик снова стал прежним, и выглядел он при этом очень растерянным.
— Знаешь, братец, — Джордж… или Фред… втащил его обратно. — Ничего такого страшного с тобой не случилось, чтобы устраивать всё это, а тем более в чём-то обвинять друга. В любом случае, если бы ты просто вышел из гостиной, ничего страшного не произошло бы, никто с других факультетов у наших дверей не дежурит.
— И тем более не стоило обвинять Гарри, — подхватил второй. — Ты прекрасно знаешь, что Гарри с тобой бы так никогда не поступил.
— Ага. Твой враг ведь Гермиона, а не он.
— Сам принял такое решение.
Рон потоптался, глянул исподлобья на Гарри, Гермиону. Подошёл.
— Довольна? — зло поинтересовался он.
— Нет, Рон, не довольна. Сейчас было за испорченную мою работу, а вот за бобриху ты ещё не расплатился.
Рон развернулся и метнулся в комнату, бросив в сторону сердитого Гарри гневный взгляд.
— Ты правда не успокоилась? — поинтересовался Джек.
— Вроде нормально. Но пусть Рон думает иначе и дрожит, ожидая какой-нибудь пакости.
— Ты страшная…
— Третий человек уже сказал. Знаю, что не симпатичная. А Рону даже благодарна — совсем про зубы забыла. Мама с папой хотели мне прикус исправить, но я сначала боялась, а потом, когда узнала, что ведьма, то решила потерпеть до Хогвартса и узнать можно ли сделать исправление магией. Хм… Представляешь, забыла. Если бы Рон не напомнил… Так что пусть живёт. А я в выходные схожу в медпункт, поспрашиваю.
— Гм…
— Ладно, извини, Джек, — девочка глянула на часы, — идти надо. Просто было интересно, поверит Рон Гарри или нет.
Стоявший невдалеке Гарри зыркнул в её сторону, но промолчал. То ли видел, что девочка действительно торопится, то ли ещё не знал, что сказать.
Торопилась Гермиона к Флитвику за очередным заданием, потому пронеслась по коридорам весьма стремительно. За одним из поворотов её и подловил Пивз.
— Пивз! — прорычала девочка, замирая и растопырив руки, чтобы вода поскорее стекла на землю. — Я тебя последний раз предупреждаю!
Обычно Пивз первоклашек не трогал, точнее не больше, чем те могли справиться. Если семикурсников он мог облить какой-нибудь пахучей гадостью, уронить что-нибудь, то в первокурсников он обычно швырял чем-то не слишком тяжёлым. Отличилась, как обычно, Гермиона, которая быстро наловчилась выставлять простейшие щиты. Тогда полтергейст перешёл к более радикальным средствам. Гермиона злилась. Гермиона предупреждала. Пыталась жаловаться другим привидениям. Ненадолго полтергейст затихал, а потом начинал по новой. Но вот вода была впервые.
Швырнув в хихикающего призрака парочку неприятных для него заклинаний и промахнувшись, она высушила одежду… не с первого раза. Гермиона поставила мысленно заметку попрактиковаться в очищающих и высушивающих чарах.
В общем, к Флитвику она пришла малость взъерошенной и недовольной. Тот глянул на неё, понятливо кивнул и пригласил садиться.
— Помните, я вам давал работу для замечаний одного семикурсника?
— Ага.
— Он просил передать вам свои благодарности, — Флитвик выложил на стол коробку магических конфет. — Передаю.
— Вау! Что, в самом деле помогло?
— Да. Он очень доволен. Говорит, что те замечания позволили ему взглянуть на его работу под другим углом, и он уже задумался над тем, чтобы её расширить. Экзамен я у него, конечно, приму, поскольку раньше о расширении работы речь не шла, но, судя по всему, задумки у него очень интересные.
— Круто. А для меня что-нибудь есть?
— Есть-есть, — похихикал Флитвик. — Впервые вижу такой энтузиазм в расчётах чар. Обычно маги эту область знаний сильно не любят. Вот. — На стол легла не очень толстая книга. — Расчёты по методу Валентайна. Только вчера днём доставили.
— О! Огромное спасибо, профессор! А то у меня никак не получается разобраться с теми чарами, что вы мне на мантию нанесли.
Флитвик снова рассмеялся.
— Слышал, что профессору Снейпу ваша идея не очень понравилась.
Гермиона надулась.
— Он почему-то решил, что я над ним смеюсь… Будто мир вокруг него крутится. Но ведь удобно же! Полы не путаются под ногами, красиво! А теперь приходится от него мантию прятать.
Флитвик снова рассмеялся.
— Думаю, он скоро привыкнет.
— Ага… А меня потом ещё долго дразнили мисс Снейп, — пробурчала девочка. — Предлагали помочь и причёску нужную организовать. Тогда бы меня профессор Снейп точно съел бы.
— Полагаю, вы преувеличиваете. Профессор Снейп не съел ещё ни одного студента.
— Честно? — недоверчиво поинтересовалась девочка.
— Честное профессорское.
Они на пару рассмеялись.
— Ещё раз спасибо, профессор, за ваши советы и книгу. Обещаю, верну сразу, как разберусь с этим методом.
— Можете не торопиться, мисс Грейнджер. Мне пока эта книга не нужна.
Девочка торопливо вышла и задумалась, вспоминая, что сейчас у них. Глянула на часы. Вроде бы ещё одна пара должна быть. Точно. Защита от так называемых тёмных сил. Квиррелл раздражал, хотя девочка и сама не могла понять, что ей в нём не нравится.
На паре Рон демонстративно отсел от неё подальше, утащив с собой и Гарри. Обычно раньше он садился сразу за ней, чтобы можно было спросить что-нибудь. Зато сейчас Гермиона могла наблюдать за ними, а потому впервые на уроке заметила, как Гарри периодически морщится и хватается за шрам. Нахмурилась, закрылась книгой и активировала зрение, снова понаблюдала.
После уроков ухватила Гарри за руку и потащила за собой, не слушая его возражений и воплей Рона.
— Быстро, я сказала! — отрубила она. — Ещё кто что вякнет — приложу петрификусом и потащу вингардиумом.
— Да ты вообще…
— Рон…
— Бобриха…
— Силенцио. Гарри?
— А я что? Я ничего, я иду. — Видно сообразил, что шутки кончились. Рон что-то пытался сказать, яростно махая руками, но на него никто не обращал внимания.
В пустой комнате Гермиона пихнула Гарри на очищенный стул, глянула на Рона, недовольно нахмурившись.
— Сомнум. — Рон рухнул на пол и мгновенно уснул. — М-да… Наверное, надо было сначала пол почистить… С другой стороны, стулья он себе никогда не очищал, может ему пыль нравится?
— Это уже не смешно, Гермиона.
— А что, похоже, что я смеюсь? — нахмурившись, повернулась она к нему. — Какого лешего ты молчал, что у тебя шрам болит?
— Болит, но и что из этого? Подумаешь…
— Гарри, шрамы от проклятий не болят, если их вылечили. Понимаешь, сегодня вы с Роном сели так, что я имела возможность понаблюдать за тобой… Помнишь, как я изучала твой шрам?