- Ты преувеличиваешь, - покачала я головой. – Ничего подобного во дворце не было.
- Ты меня всегда удивляла этой своей способностью не замечать мужское внимание к своей очаровательной персоне, - вздохнул Люис. – Когда ты вышла исполнять песню в подарок для обрученных, у меня дух перехватило. Я второй раз в жизни слушал твое пение, и не мог поверить, что эта удивительная женщина и есть моя жена. От твоего исполнения все внутри переворачивалось. Поняв, что я никогда не смогу от тебя отказаться и приложу все усилия, чтобы добиться взаимности, устремился к месту твоего выступления. Но демонов маркиз оказался проворнее. Да еще и Император решил показать, кто тут во дворце хозяин. Наблюдая за тем, как ты танцуешь с Паринсом, я заподозрил что-то неладное. Ты выглядела до того напуганной, что я уже был готов силой тебя вырвать из его рук, как маркиз украл тебя из-под самого носа. Я до сих пор понять не могу, что его подвигло на подобный поступок. Я знаю Макса долгие годы, и он никогда не совершал необдуманных или каких-то чрезмерно эмоциональных свершений. А тут взял и похитил девушку на виду у всех.
- Мы познакомились с маркизом в Фениксе, - с трудом призналась я. – Он спас меня от домогательств бывшего жениха. На нас были маски, и я отказалась открывать ему мою настоящую личность. Несколько раз мы встречались, не показывая друг другу лица, но потом он стал слишком настойчив, и я начала его избегать. На приеме во дворце он узнал меня, и решил, что не должен уступать меня Императору, который к этому времени задумал украсть меня и запереть неизвестно где. Паринс посчитал, что женитьба на меня будет самым лучшим выходом из сложившейся ситуации. Когда я отказалась от его настойчивого предложения, он сказал, что его хранительница повлияет на меня таким образом, что я сама с радостью дам свое согласие на брак в храме. Сама Клотильда от происходящего не была в восторге, поэтому мы с ней заключили договор. Она не стала вмешиваться в события в храме, а я, в свою очередь, заставила маркиза ее отпустить. Остальное ты и сам знаешь.
- Угу, - заметила я, - ты страшен в гневе.
- Именно, моя звезда, именно, - усмехнулся он. – Вернувшись домой и увидев, как моя удивительная жена сидит спокойно в кресле и о чем-то размышляет, я растерялся. Я совершенно не представлял себе, как должен с тобой общаться. Под действием проклятия мне было легко выражать свои чувства к тебе и настойчиво требовать твоего внимания. Но когда его действие исчезло, сам я почему-то оказался совершенно не готов признаться тебе в том, что все время думаю о тебе, и что ты мне действительно дорога. Весь наш разговор по какой-то причине перешел в предъявление взаимных претензий. Меньше всего мне хотелось спорить и ругаться с тобой. И я настоял на том, чтобы ты жила в моем доме. Я надеялся, что смогу сблизиться с тобой и убедить в том, что у нас есть будущее. Живя под одной крышей со своей удивительной женой, я осознал, что мне безмерно повезло. Ведь моя супруга оказалась не только пленительно красива, умна и талантлива, она еще была добра и отзывчива к другим людям. И я решил, что должен заполучить твою благосклонность любой ценой. Однако я выбрал самый простой и знакомый мне стиль поведения. Я начал держаться с тобой сдержано и отстраненно. Обычно это всегда срабатывало. Женщины, видя мое безразличие к ним, старались сделать все, чтобы привлечь мое внимание. Но моя жена почему-то даже не собиралась что-либо делать, чтобы завлечь меня. Ты вела себя с поразительным достоинством. Работала, посещала поселения в пустыне, общалась с другими людьми, успевала массу всего, но так и не стала проявлять ко мне хотя бы минимальный личный интерес. Каждую ночь я лежал без сна в ожидании того, когда ты заснешь. А потом шел к тебе в спальню и полночи любовался тобой, мучаясь от желания и не смея прикоснуться к собственной жене. Я уже отчаялся завоевать тебя, как вдруг ты объявила, что не будешь ночевать дома и собираешься где-то выступать на публике. Я думал, что рехнусь от ревности.