— Эм… — Растерянный Джон прошёл к окнам и раскрыл шторы, после чего прошёл мимо сидящей дочери и сел в кресло напротив. — Что-то мне подсказывает, что тебе не одежда была нужна.
— Я знала, что ты скоро придёшь и хотела поговорить с тобой наедине. Папа, что тебе сказал мистер Кливен о зелье?
— Гм… о зелье?
— Пап, я не дурочка, наставник отправил меня из дома специально, чтобы я не увидела рецепт. Что это?
Джон рассмеялся.
— Да уж. Знаешь, мистер Кливен сказал, что ты догадаешься рано или поздно… но даже он не думал, что это будет так быстро. Ладно. Он сказал, что зелье – это какой-то родовой секрет и что ты не должна знать, как его готовить, поскольку у него есть некоторые побочные эффекты. Ты видела инвалидную коляску?
— Да… Я подумала, что она для того, пока он слаб…
— Он больше не встанет с неё. Точнее, как он объяснил, он может встать и даже сделать несколько шагов, но это предел. Сейчас он слаб, да, но всё же с поддержкой идти может. После приёма зелья только коляска.
Девочка нахмурилась. Неприятно, но всё равно непонятно, почему мистер Кливен хочет держать её подальше от этого зелья. Однако ясно, что отец и сам ничего не знает. Он же не маг и мистер Кливен может повесить ему на уши какую угодно лапшу.
— Ладно, — Гермиона поднялась. — Спасибо, пап. Очевидно наставник считает, что я ещё не готова варить такое сложное зелье. Спасибо вам с мамой за помощь.
— Гермиона, ты всегда можешь обратиться к нам, если что понадобится.
— Я знаю. Спасибо.
В доме Гермиона нашла мистера Кливена сидящим перед камином с небольшим графином в руке, который он разглядывал на свет. Жидкость внутри имела неприятный розово-красный цвет… так выглядело бы мясо с гноем. Девочку передёрнуло.
— Это и есть то зелье?
— Не очень красивый цвет, правда? — задумчиво поинтересовался наставник. Перевёл взгляд на неё и хмыкнул. — Что ты там себе напридумывала?
— Я не понимаю, почему вы не даёте мне увидеть рецепт зелья.
— Хи. Не бойся, я не использую для него кровь невинного младенца.
— Я же не шучу, — обиделась девочка. — Я переживаю за вас.
— Прости, — искренне покаялся учитель. — На самом деле всё просто – у этого зелья есть пара неприятных побочных эффектов, из-за которых оно… не очень распространено. И я не хочу, чтобы ты это видела. Поверь, очень неприятное зрелище. — Мистер Кливен вдруг поднёс графин ко рту и залпом опрокинул содержимое в себя. — Бр-р-р… На вкус оно ещё противнее, чем на цвет.
Девочка пристально вглядывалась в лицо мага, но не заметила никаких изменений.
— Вам точно стало лучше?
— Точно, — засмеялся мистер Кливен. — Я чувствую это. А ты чего ожидала? Пара из ушей? Нет, у этого зелья нет внешних проявлений.
— Но вы говорили о неприятных побочных эффектах?
— При изготовлении, девочка. При изготовлении.
— А как же тогда мой отец?
— Твой отец врач. Полагаю, ему и не такое приходилось видеть.
— Стоп! — Гермиона нахмурилась. — Вы хотите сказать, что одним из компонентов зелья является какая-то ваша часть?
— Ты всегда была умной девочкой. Потому и говорю, что тебе вряд ли понравилось бы это зрелище.
Несмотря на объяснения учителя, у Гермионы всё ещё оставались сомнения в их правдивости. До сегодняшнего дня за наставником не водилось бережного отношения к её чувствам. Если он считал, что знания окажутся полезными, то на такие тонкие материи мало обращал внимания. Маг же, словно почувствовав сомнения, загрузил ученицу по полной. Тут же выяснилось, что для мага инвалидная коляска не препятствие для активной жизни. Пара заклинаний, вырезанные на спинке руны и вот уже коляска вполне самостоятельно катается по всему дому, послушная воле мага. Даже лестницы не стали помехой – она довольно шустро забиралась на них и также шустро спускалась.
Так что в следующие дни он загрузил девочку по полной, гоняя её на тренировках, по теории магии, особо придирчиво стал относиться к построенным математическим моделям. Появился и дополнительный предмет по современной истории магической Британии.
— Тебе здесь жить, — объяснил он появление этого предмета, — а потому лучше разбираться в окружающей обстановке.
Сам предмет хоть и не очень нравился Гермионе, а всё потому, что просто был ей пока скучен, но ей очень нравилось, как он проходил. Вечером, когда она возвращалась от Корхейна, за столом собирались её родители, учитель, она, потом отец и мистер Кливен вслух читали заинтересовавшие их статьи из газет и обсуждали их, заставляя участвовать в разговоре и девочку. Уютная домашняя обстановка… хотя тема разговоров, на взгляд Гермионы, могла бы быть и поинтереснее.