– Раньше я ничего подобного точно не замечал, − Хаос дёрнул плечами, будто и впрямь расслабился. − Даже когда Серж замкнул тебя на той училке… как её? Начальница твоя.
– Марьяна? – заломил бровь Ян.
– Ага! – щёлкнул пальцами Хаос. – Её имя почему-то постоянно из головы вылетает… Так вот когда замкнул, всё равно не то было. Приятно, но не то пальто. Да и докричаться я только до писаки смог, – Хаос состроил несчастную физиономию. – Не представляешь, каково это – жить в безмолвии год за годом!
− И правда, − пробормотал Ян, пытаясь состряпать во взгляде сочувствие, − не представляю.
Но Хаос купился. Кивнул, мол, то-то же, и резво крутанулся на месте. Позади него клубы фиолетовых туч рассёк двойной всполох.
– Фух.. показалось, – с облегчением выдохнул он, поправляя волосы, растрёпанные порывом ветра. – Всего лишь гроза.
Ян, к слову, и дуновения не почуял. Значит, завеса работала исправно. А Хаос продолжал жалиться.
− Нервная у меня работёнка, сам видишь. И никаких надбавок за вредность! Поэтому прошу, – взмолился тёмный. – Нет, молю! Уложи ты свою писаку в постель! Держу пари, я тогда огроменный город зараз поставлю. Ну, или село какое с забитыми крестьяшками… Уже повеселее будет!
Хаос улыбался. Улыбался и Ян. И чем шире улыбка становилась на его губах, тем скорее тускнел огонёк азарта в холодных чёрных глазах без радужки.
Всё вставало на свои места.
Не зря Ян чуял, что с Микой ему суждено идти разными путями. Она нравится ему. Как женщина. Она источник тепла в груди, источник эмоций, а значит, главный генератор подпитки Хаоса.
Немудрено, что Тьме хочется заполучить её. Возможно, по той же причине, что и Миарху была нужна Лили. Ведь Мика слышит Хаос даже тогда, когда он нем. Слышит, когда для других он молчит, а раз так, выход только один. Отгородиться от Синицы всеми способами.
Отгородиться хотя бы до тех пор, пока Ян со всем не разберётся. Пока не вернёт себя.
Наверное, что-то отразилось во взгляде Яна. Тоска, страх... или и вовсе покорность судьбе, но Хаос вдруг ощетинился.
– Вот чёрт. Лишнего я взболтнул, ага?
Злобная гримаса исказила каждую чёрточку лица копии. Заострила, пропитала гневом − вот она, истинная суть Исчадия Материи.
Надо же, а Ян едва не поверил в искренность тёмной твари. Хотя болтливость того, кто столько лет молчал, явно сыграла ему на руку.
− А я почти поверил… − хохотнул тёмный. − Что сказать? Красавец! Моя школа. А говоришь, мы разные.
– Разные, – спокойно отозвался Ян. Смысл скрываться? Они оба отыграли свои роли. Занавес! – По интеллектуальным параметрам ты мне точно не ровня.
– Окейси. Раз карты на столе, что станешь делать, братец? – Хаос прищурился, и глаза его стали похожи на звериные. Смотрели с той же сосредоточенной хищностью. − В монастырь уйдешь? Познаёшь дзен?
– Ещё не решил, – процедил Ян, призывая привычные обжигающие кожу золотые искры. – Но будь уверен, Мику ты и пальцем больше не тронешь. Если придётся, я уеду.
– Сбежишь от своей писаки?
– Да, – обронил Ян и прикрыл глаза.
– Окей. Беги, – неспешно закатывал Хаос рукава рубахи. – Хоть на край света беги, а я буду возвращать тебя к ней. И однажды инстинкты возьмут своё. Сердечко затукотит, кровь взыграет… Ну а я тут как тут! – похабно хмыкнул тёмный. – Двухминутная сцена со знаком восемнадцать плюс, и гуляй. Нам с писакой ты будешь без надобности.
Ян болезненно сморщился.
– Коня придержи. Пока я твой портал и выход в реальность. Я питаю тебя, и если Мика твоя батарейка, поверь, уж у меня хватит сил…
– Не спать с ней? – вкрадчиво спросил Хаос и мигом скис. – Самое противное, что такое гадство как раз по тебе. И угораздило же меня проболтаться! – с наигранным хохотом шлёпнул он себя по лбу. – Но ты не учёл один нюансик, братишка. Уйти я тебе отсюда не дам. Хрена-с!
Мгновение, и Хаос оказался у завесы. Упёрся обеими руками, но плёнка выдержала натиск. Опасно растянулась, задрожала, как студень, и мощным световым потоком вытолкнула вторженца.
– Чёрт-тебя-подери! – заорал тёмный, едва устояв на ногах, и со злости саданул кулаком по прозрачной субстанции.