«Ты…погибнешь здесь, — шелестел он, — это…убьет тебя…»
Неожиданно темноту прорезали глаза Морана. Как вживую, я видела его лицо, печальное, задумчивое.
— Лиза, иди вперед, — услышала я голос Морана, — иди, и ничего не бойся.
Темнота стала гуще, в голове раздался звон, который перемешивался с таинственным шепотом и голосом Морана. Я уже ничего не различала из того, что они говорили. Где-то вдали каркал ворон. Я ничего не видела. Темнота окутала все вокруг.
Я зажала уши ладонями, встряхнула головой и закричала, что есть мочи:
— Замолчите!
Внезапно все стихло. Темнота рассеялась. Ко мне вновь вернулось зрение. Я ошарашенно посмотрела по сторонам. Такой же пустой храм, так же пылинки летают в воздухе. Ворон неподвижной фигурой сидит на плече…
Что происходит? Я схожу с ума? Или это так действуют низины на разум любого, кто осмелился войти сюда? Я перевела взгляд на лестницу.
— Я должна все исправить, — твердым голосом произнесла я, обращаясь к стенам, — и больше я не боюсь.
Глубоко вдохнула и ступила на потемневшие от времени ступени. Ворон одобрительно каркнул и легонько клюнул меня в плечо.
Поддерживает, поняла я и улыбнулась слабой улыбкой.
Я стояла посреди комнаты с выходом на балкончик. Повсюду были разбросаны черепки посуды, остатки статуй и бюстов, куски камней, обгоревшие части одежды, почерневшие кубки, чаши, несколько монет…
Словом, здесь царил хаос и упадок. Ничего угрожающего для жизни я пока не увидела.
Так, и что мне с этим делать? Я прошлась по комнате, разглядывая разбросанные предметы, выглянула в окно. Солнце еще достаточно высоко. Теней можно пока не опасаться. Пока…
Еще раз обошла комнату и наклонилась, чтобы поднять какой-то кубок. Тогда-то я и заметила ее. Очередную выемку на полу.
В отличие от тех, что я видела ранее, она была меньше. Но такой же формы, по периметру начертаны крохотные символы.
Я наклонилась ближе, смахнула мусор. Здесь была не одна выемка. Несколько таких же овальных отверстий в полу, но разных размеров, выстроились в ровный круг. Я пересчитала их. Ровно восемь штук.
— Восемь — сакральное число, — задумчиво произнесла я, вспомнив слова Галвина.
Я провела пальцем по отверстиям. В них что-то располагалось раньше. Нечто очень важное, ценное.
Нечто уникальное.
Нечто такое, что давным-давно было утеряно, и лишь избранные могут владеть этим.
«Я часто бывал в низинах», — вспомнились мне слова Морана.
Внезапная догадка озарила меня.
Ну конечно! И как я раньше не догадалась об этом?
Я сунула руку в лиф платья и достала черный камень. Провела по гладкой поверхности. Камень завибрировал и стал светлее.
— Вот, где твое место, — прошептала я, глядя на камень, и осторожно вставила его в одно из отверстий.
Вибрация усилилась, камень начал менять цвет, становясь сначала темно-синим, затем красным, затем желтым…И так до тех пор, пока не побелел.
Грянул оглушительный звон. Ворон протяжно закаркал, размахивая широкими крыльями. Я неотрывно смотрела на камень. Звон усилился и резко пропал. На смену ему пришли те же женские голоса. Они что-то невнятно шептали. Позади раздался шелест и противный скрип. Он приближался.
«Тени», — равнодушно отметила я.
Тени сгущались из углов комнаты. Им не был страшен дневной свет, вопреки всем законам физики.
Они медленно приближались, что-то нашептывая на незнакомом языке. Я не боялась их. Эти тени не хотят меня поглотить.
Они хотят рассказать свою историю.
Я расслабленно сидела на полу, глядя на то, как приближаются тени.
А ворон все каркал и каркал…А тени все ближе…
«Исправь, — шептал женский голос, — исправь, Лиза».
Тени обступили меня со всех сторон.
Пора!
Я вытянула руки, словно ожидая объятий. Почувствовала ледяное прикосновение десяток ладоней. Они обнимали меня. Тесно сжимали в своих морозных объятиях…
Нашептывали…
Я перестала ощущать свое тело.
Я стала частью их.
Я — тень.
«Исправь», — просили они меня, утягивая во тьму.
Я растворилась во мраке. Мир разлетелся на осколки. Все смешалось: прошлое и будущее, правда и ложь, тайное и явное…
— Все было совсем не так, — произнес тот же печальный женский голос, — смотри!
И я смотрела. Я стала прошлым.
Глава 36
В тесной комнатушке перед овальным зеркалом сидела прекрасная девушка. Она с отрешенным видом наблюдала за тем, как пожилая женщина ловко укладывает ее длинные черные волосы.
— Красная лента для богатства, — приговаривала женщина, вплетая ленту в косу девушки, — зеленая для здравия, желтая для радости, синяя для чистоты. Вот, готово!
Женщина наклонилась к девушке и приобняла ее за плечи.
— Погляди на себя, Этайн, — бодро произнесла она, — ты будешь самой красивой невестой. И счастливой женой. Айрем — лучший жених во всей округе.
Девушка ничего не ответила и посмотрела на женщину хмурым взглядом. Из синих глаз потекли слезы.
Женщина недовольно хмыкнула и дернула Этайн за косу.
— А ну прекрати слезы лить, глупое создание! Еще не хватало, чтобы у тебя распух нос, — сказала женщина, — идем. Скоро начнется священная церемония.
Она схватила девушку за руку и силой потащила к ее выходу.
— Перестань делать это, — прошептала Этайн.
Громче говорить она не могла, а последние силы были на исходе. Девушка с трудом подняла руку, пытаясь вырваться из цепкой хватки. Но силы были неравны. Женщина лишь крепче сжала ее.
— Прошу, — шепотом сказала Этайн, глядя на женщину с мольбой, — не делай этого. Не выдавай меня за него…Прошу…Пожалуйста, мама…
Хлесткая пощечина заставила девушку замолчать.
— Упрямая ослиха! Прекращай артачиться, — взвизгнула женщина, — или выпьешь столько отвара, что даже не запомнишь первую брачную ночь! А мы ведь не хотим этого, верно?
Женщина вытащила из кармана пузырек с отваром и потрясла им перед глазами девушки. Этайн съежилась и замолчала.
Отвар этот славился тем, что не только лишал человека сил и голоса, но и памяти. Чем больше выпьешь отвара — тем сильнее пострадает память. А воспоминания — единственное, что осталось у Этайн. Ими она не могла пожертвовать. Ее мать молча наблюдала за ней и довольно ухмыльнулась.
— Вот и славно, — сказала она, — а теперь идем. И вытри слезы, это тебя не красит.
Она распахнула дверь и вывела Этайн во двор.
Их встретили возгласы сельчан. Подруги и родичи Этайн запели на разные голоса. Они воспевали ее будущую семейную жизнь. Дети радостно хлопали в ладоши и кидали под ноги невесты бутоны цветов. Все вокруг были довольны и счастливы. Все, кроме самой невесты.
Вскоре явился отец жениха. Он нес в руках серый камень — символ надежности их рода. Скоро Этайн станет одной из них.
Отец жениха взял девушку под руку и повел в сторону лужайки за домом. Поющие односельчане двинулись следом. Этайн шла, не разбирая дороги. Глаза застилали слезы, а мысли ее были очень далеко.
Процессия подошла к лужайке, украшенной яркими лентами и цветами. В центре был длинный стол с яствами.
А за ним, у раскидистого дерева, стоял жених и довольно улыбался. При взгляде на него, у Этайн снова выступили слезы. Она с тоской посмотрела на ясное небо.
«Где же ты, любимый, — думала она, — ведь ты обещал».
Невесту подвели к жениху, и вложили ее руки в его. У их ног положили родовой камень. Свадебная церемония началась. Этайн вполуха слушала клятву Айрема и украдкой смотрела по сторонам.
Она до последнего надеялась, но увы…
Ладони жениха и невесты связали разноцветными лентами. Толпа восторженно закричала. Посыпались лепестки цветов и зерно. Церемония состоялась. Священные узы брака были скреплены.
«Не пришел», — с горечью подумала Этайн, когда ее усаживали за стол рядом с женихом. С мужем.
Она с отрешенным видом наблюдала, как поют и танцуют ее подруги, как заливисто смеется ее мать, как по-хозяйски ее поглаживает новоиспеченный муж…