«Потайной ход, — подумал Моран, храня при этом невозмутимое молчание, — что еще от меня скрывает король?»
— Этот потайной вход ведет прямо в камеру, где сокрыт камень, — сказал Торланн, — она находится в самом низу.
Моран кивнул, последний раз взглянул на короля и, не говоря ни слова, покинул кабинет и начал спуск по слабо освещенным лестничным пролетам.
«Интересно, для чего король отправил Пролана вперед? Не скрывают ли они от меня что-то», — думал Хранитель. Разум подсказывал, что его догадка верна.
Задумавшись, Моран выглянул в узкое окно и увидел, как в небе мелькнуло что-то черное.
Что делают его птицы здесь в этот час? Хранитель подошел ближе и пригляделся. Так и есть: одинокий ворон парил, то приближаясь к стенам замка, то отдаляясь. Птица была явно встревожена. Что-то не так…
Хранитель отвел взгляд и посмотрел на темные ступени. Пролан может и подождать. Он чувствовал, что сейчас важнее узнать, чем встревожен ворон.
Более не мешкая, Моран прислонил ладони к стеклу, прошептал несколько слов заклинания, и стекло исчезло.
Хранитель мысленно призвал ворона.
Раздался легкий шелест, ворон влетел в окно и молча сел на левое плечо Хранителя.
— Что ты делаешь здесь? — шепотом произнес Моран.
— Я должен сообщить тебе нечто важное, Хранитель, — так же тихо ответил ворон, — мои братья видели Груна!
— Груна? — неожиданно громким голосом сказал Моран, — где? Когда?
— Четверть часа назад, неподалеку от стен этого дворца, — ответил ворон, — но где он сейчас, мы не знаем.
— Но почему… — пораженно прошептал Хранитель, — почему он до сих не прилетел ко мне? Почему не явился на мой зов?
— Он и на наш зов не откликнулся, Хранитель, — с печалью в голосе сказал ворон, — мы звали его, мы были так счастливы его видеть, но он словно не слышал нас. А завидев, тут же взвился высоко в небо и скрылся.
— Не понимаю… — задумчиво произнес Моран, глядя в окно.
— Грун всегда был своевольным, — сказал ворон, — думаю, у него есть на то свои причины.
Хранитель глубоко вздохнул и на миг прикрыл глаза, привычная усталость снова вернулась к нему.
— Это все, что ты хотел мне сообщить? — сказал спустя некоторое время Моран.
— Да, — ответил ворон, — мои братья разлетелись по столице в поисках Груна, я же решил сразу направиться к тебе, чтобы сообщить эту весть.
— Благодарю тебя, — искренне сказал Хранитель, — а теперь лети! Меня ждет неоконченное дело.
Ворон тихо каркнул и стремительно вылетел в окно. Хранитель же отправился дальше, в потайную камеру, непрестанно думая о Груне и его странных поступках. Он чувствовал одновременно и печаль, и надежду. Ведь если Грун жив, то…
Его размышления прервали приглушенные крики, что раздавались снизу. Судя по всему, кричал Пролан. Хранитель нахмурился, прислушался и перешел на бег.
Там, с Проланом, находился кто-то еще. А это не предвещало ничего хорошего.
Когда Моран подбежал к двери камеры, было уже тихо. Подозрительно тихо. Хранитель вошел внутрь и резко остановился, увидев неподвижное тело советника на полу.
Медленно приблизился к нему, опустился на колени и внимательно осмотрел Пролана. Тот был жив, но совершенно невменяем.
Стеклянный взгляд, застывшая безумная улыбка, с уголка рта стекала слюна, скрюченные пальцы указывали на что-то сверху. Зрелище малоприятное.
Хранитель толкнул его в плечо и громко позвал по имени. Никакой реакции. Позвал еще раз, и еще. Наконец, Пролан слегка повернул голову и посмотрел на него затуманенным взглядом.
— Ы-ы-ы! — прокричал Пролан и оглушительно расхохотался, — Те…Те…Тени! Тени! Це…це… целовали тени!
Хранитель с отвращением посмотрел на него и поднялся на ноги. Он сделал еще несколько попыток заговорить с Проланом, но это было бесполезно: советник по-прежнему выкрикивал одно и то же слово, раз за разом, и не переставал смеяться безумным смехом.
Моран отошел от него и увидел приподнятую каменную плитку, под которой лежала бархатная ткань. Судя по всему, там-то и был спрятан камень. Но сейчас его нет. И Пролан обезумел.
— Тени! Тени! — снова прокричал советник, и Морана словно пронзило молнией.
Тени, камень, древние сказки, новости о появлении Груна…Внезапная догадка пришла к нему. То, что случилось с Проланом, очень похоже на воздействие низин…
Но это просто невозможно! Этого не может быть. И все-таки все его ощущения, чувства говорили об обратном. Она была здесь. Была минуту назад!
— Не может быть… — вслух прошептал Хранитель и подбежал ко второй двери, — Лиза…
— Может, — раздался хриплый голос Груна за спиной, — здравствуй, друг.
Глава 52
Низины. Мертвая земля, лишенная жизни и радости. Странно, но я даже скучала по этим краям.
Фарел перенес нас в стеклянный город, и мы стояли у того самого храма, где я когда-то увидела образы далекого прошлого.
Я испытывала странное волнение и легкую дрожь, пританцовывая на месте, пока эльф соберется с духом, чтобы войти внутрь. Это удивляло больше всего: обычно он проявлял нетерпение, торопился, а теперь замер в нерешительности, словно робкий подросток.
— Идем же, — не выдержав, сказала я и потянула его за рукав.
Фарел вздрогнул и посмотрел на меня. В его глазах читался страх. Вот те раз! Эльф боится. Вот только боялся он, видимо, не теней, не того, что услышит в пророчестве, а возможной встречи с Этайн.
Боялся, что она его не простит.
— Да, — тихо вымолвил он и вошел в храм.
Я отправилась следом. Мы быстро пересекли пустые залы, поднялись на второй этаж по старой лестнице, и оказались в том самом помещении, где я уже была в прошлом.
Пожалуй, в глубине души я всегда знала, что вернусь сюда, вставлю недостающие камни в отверстия на полу и увижу…Что? Очень скоро мы выясним это.
Медленно, почти не дыша, я приблизились к центру зала, который освещал тонкий луч света. Тени в кольце взволнованно затрепетали, словно почуяв большие перемены.
«Потерпите, дорогие мои, — мысленно обратилась я к ним, — скоро вы станете свободными».
Фарел опустился на колени и поочередно вставил в отверстия на полу пять камней. Поднял голову и произнес усталым голосом:
— Теперь твоя очередь, Лиза.
Сердце гулко билось. Дыхание участилось, а ладони вспотели. Я волновалась, страшно волновалась…И в то же время мне было удивительно хорошо.
Я приблизилась к эльфу и села рядом. Вставила вибрирующий камень правды. За ним — покрасневший камень лжи. Осталось только мое кольцо.
— Думаю, тебе стоит отойти, — прошептала я, не глядя на эльфа. Он мгновенно повиновался и прильнул к дальней стене.
Я сняла с пальца кольцо, на мгновение задумавшись, а не выпустить ли тени?
Но затем пришло четкое осознание, что они на своем месте, и без них мне не прочесть пророчество.
Я сделала глубокий вдох, закрыла глаза и прислонила перстень к последнему, самому маленькому отверстию.
Тишина.
Первые секунды ничего не происходило. Раздался легкий щелчок, и тени, что затаились в кольце, вырвались наружу. Закружили вокруг меня, плотно облепили кожу, целовали холодными губами, шептали…
Затем, одна за другой, прошли сквозь мое тело, обдав черным холодом.
«Услышь», — раздалось откуда-то сверху.
Я раскрыла глаза, подняла голову. Яркий луч света вспыхнул синем пламенем и пронзил меня насквозь.
Кажется, я закричала. Так больно, холодно и страшно мне стало. Перестала чувствовать свое тело, перестала видеть, слышать. В голове на протяжной ноте раздавался громкий звон.
А затем все резко стихло.
Вокруг уже не было ни стен древнего храма, ни летающих теней — ничего. Сплошной мягкий свет без конца и края, теплый и убаюкивающий.
С четырех сторон приблизились женщины с золотыми волосами. Взглянули на меня ласково, взялись за руки и в один голос произнесли:
— Услышь…