Ювелир с силой потер лоб и покачал головой. Лаер сжимал виски, кипя от злости.
— Я вернулся на место бойни, стал следить за домом. Два дня тишина была. Затем явилась пара магов, но подходить к дому не стали, несколькими разрушающими заклятиями снесли стены и крышу. Я с места снялся. В городе не информаторов наших, не наблюдателей нет. Гадать не надо что с ними. Я к Рийским пошел, те сидят, трясутся, ничего сказать не могут, в ту же ночь когда на нас напали, им тоже нанесли сокрушительный удар — вся командная часть перебита, остались только шестерки. С Таровскими ребятами та же беда.
— Ты запросы в Видэллу делал? — прикусил губу и нахмурился Лаер.
— Двадцать семь. Из них пять официальных к Хранителям. После каждой отправки, включая тайные, адресованные вашему Смотрителю, у меня появлялся хвост. Обычно два человека: натасканный боец и средненький маг. Пару раз удалось подрезать их без особого ущерба, только эти сволочи помирали стоило им рот открыть.
— Заклятие непреступной клятвы, — кивнул Хранитель. Смотритель тоже ему такую давал, поклявшись сберечь тайну проведения Связующего обряда.
— Остальные члены Ордена, которым я сигнализировал тоже не отвечали. Хотя кое-кто просто не мог не ответить, и единственно возможное исключение — их смерть. Молчат связные с Еурионом, Каесом и Гвергом, Вилодом, Девеном, Райкамой, даже Квестом… Я остался отрезан от Ордена в Элиаре, покинуть его тоже не получается — стоит приблизиться к границе, как на меня тут же открывают охоту. Я градоправителя заставил официальный запрос сделать на нового дозорника, только ответа от Видэллы так и не дождались. Все трясутся и тычут друг в друга пальцами, никто ничего толкового не знает. Таровские ребята попытались покинуть город, утром их нашли близ лаза в стене с перерезанными глотками.
Лаер уставился в потолок тяжело выдохнув.
— А тут это Предзнаменование и храмовики с цепей сорвались. Местные управленцы по правде сказать пытались народ урезонить, да только эти храмовые шавки масло в огонь подливали своими визгами о начале Конца и загнали их сюда. Я подловил местного настоятеля и отволок его в вашу резиденцию, в темницу. Только он скончался той же ночью. Причем я так и не смог понять почему. Просто остановилось сердце. Самое странное — я раньше на каждом шагу на шпионов Ноктура натыкался, сейчас сам пытался отыскать, да не нашел. Господин, перебили всех, кто негласно держал власть, или хотя бы пытался.
— Это не может быть официальной программой правителя, — покачал головой Лаер, отметая самую очевидную и ошибочную мысль. — Его величество считает меня своим верным псом, если бы он захотел провести нечто подобное, я бы узнал об этом первым. Другое дело, что оборваны каналы связи — а по-другому я не могу объяснить бездействие Хранителей.
Хотя Ноктур порядочная сволочь и призывы о помощи мог проигнорировать, аргументировав тем, что это земли Лаера, а значит и проблемы тоже его, но их накопилась больше десятка. Ноктур просто обязан был предпринять действия.
— Но вы же здесь. — Недоуменно поднял брови Ювелир.
— По чистой случайности. Я через тебя хотел узнать, что происходит в Видэлле — по всей Иксилоне идет масштабный разгул нового вида искусственно созданной нечисти.
— Да, о нечисти. — Согласно кивнул мужчина. — В предместьях тоже что-то твориться. Какая-то дрянь завелась. Сначала бегала себе никого не трогала, а потом вроде как детей стала утаскивать. Управленцы разместили всех жителей предместья в пределах города. Дозорник жаловался, что на запросы и от скита, и от Видэллы ответа нет. Он сам пару раз с добровольцами порывался на нечисть идти, но после того как она ему руку оттяпала весь его энтузиазм пал за врата Хаоса.
Лаер поделился своими умозаключениями относительно нового вида нечисти, и снова покачал головой. Он был в смятении от масштабов краха. Смотритель, испросив разрешения, отправился проверять почту. Во всех крупных городах на голубятнях имелся свой закуток, предназначенный для птиц переносивших переписку слуг Хранителей.