Закусив губу, Кай выгнулся, чтобы прижаться горячим жёстким животом к животу Криса. Достаточно, чтобы почувствовать взаимное желание. Достаточно, чтобы подхватить руками и сесть, прижимая к себе живое тепло, раскрашенное танцующими искорками и сияющими пятнами. Кай бросил ладонь на его шею и снова легонько надавил, вместе с тем запрокинул голову и немного отклонился. Простой намёк. Крис провёл языком по ключицам и послушно припал губами к груди: пробовал на вкус сладость на коже, сияние и крупинки соли, пока Кай медленно водил ладонями по его телу, гладил напротив сердца, чутко улавливая пульс.
Толчок в плечо опрокинул Криса на спину. Кай свалился на него, на миг будто растёкся по коже, потёрся щекой о грудь и вжался бёдрами. Ладонью по шее, животу — Крис задыхался от выразительности его касаний. С Крисом прикосновениями ещё не говорили — вот так, в полной тишине, дрожащей лишь от шёпота волн и сдвоенного неровного дыхания.
Кай настороженно замер в сантиметре от его подбородка; плотно сжал губы, бросил быстрый взгляд из-под густых ресниц и медленно придвинулся. Кожа на полных губах была сухой и чуть потрескавшейся, а сами губы — твёрдыми и горячими. Кай легонько потёрся сомкнутыми губами о подбородок и отодвинулся, чтобы потрогать губы кончиками пальцев. Там едва заметно мигали искорки. А Крис умирал в муках от желания поцеловать по-настоящему и заставить эти губы сиять. Но нельзя. Запрет бесил до откровенной дрожи.
Чтобы отвлечься, Крис погладил Кая по спине, очертил пальцами лопатки, сдвинул руки и накрыл ладонями твёрдые ягодицы. Прижал сильнее, чтобы чувствовать узость и жёсткость бёдер. Крис неуверенно раздвинул ноги и обхватил ими Кая. Тот изящно наклонил голову, разглядывая бедро Криса у правого бока, накрыл колено ладонью и провёл по коже до пояса, а после обратно — к колену — и сжал пальцами.
Крис уткнулся носом в ямочку меж ключицами, вдохнул запахи дождя и цветов и крепче обхватил Кая сразу ногами и руками. Горячий. И между шеей и плечом подсохшей корочкой кровь. И снова запах цветов — сильнее.
— Те цветы… — шепнул Крис и прижался к искоркам на коже губами, чтобы поймать их. — Их название… что значит?
— Святые воины, небесные хранители, — выдохнул Кай, сжав пальцами волосы у него на затылке и подставив горло под поцелуи. — Могут спасти или убить… дозировка…
— Спасёшь меня? — невольно улыбнулся Крис и вновь прижался губами к шее. — Как там… чунин?
— Чонин, — поправил его Кай, потеревшись о его щеку собственной. — Звук между о и у, между жизнью и смертью.
— Мне нужно больше тебя. — Крис прижал его к себе, задыхаясь от желания получить всё и сразу. Упивался жаром, гибкостью и изящной силой, сиянием проворного тела и завлекающим запахом. Пока не встретил задумчивый взгляд из-под свесившейся на лоб тяжёлой чёлки.
Приоткрытые губы, белая кромка зубов, горячим выдохом по щеке… Поцеловать бы.
— Ты хочешь, чтобы…
Крис торопливо прижался к мерцающей шее губами, лишь бы не сорваться. И так же торопливо выдохнул “да”, чтобы после ощупать языком твёрдый кадык. Едва переборол желание дотянуться рукой и коснуться напряжённого члена, что сладкой тяжестью давил на низ живота.
Кай немного приподнялся, тронул пальцами лицо Криса, повторяя все линии и очерчивая губы. Отняв руку от лица, поднёс пальцы к собственным губам. Крис зачарованно смотрел, как по коже скользил розовый кончик языка, оставлял прозрачную плёнку слюны даже на коротких ногтях.
Кай прикоснулся подушечкой большого пальца к груди Криса и медленно повёл вниз, сам же прижался щекой к шее Криса и коротко выдохнул. Большой палец продолжал гладить кожу, спустившись на напряжённый живот, ниже. Лёгкими касаниями по стволу. Крис сжал в ладони тёмные волосы у Кая на затылке и непроизвольно подался бёдрами вверх, чтобы чёртов палец соскользнул с потяжелевшей мошонки и оказался между ягодицами. Жгуче — до бурлящего в крови волнения.
Кай улёгся на нём, левой рукой погладил по щеке и уткнулся подбородком в грудь. Мягко мерцал и переливался, пока влажные от слюны пальцы трогали чувствительную кожу меж разведённых ног Криса. Карие глаза медленно меняли оттенки, и Крис не отводил взгляд. Выхватывал золотистые блики в тёмной радужке и следил, как их становится всё больше. Так увлёкся, что вздрогнул всем телом от мягкого прикосновения к плотно сжатому отверстию меж ягодиц. Кай втолкнул в него палец и остановился. Чувствовал, что дальше пока не стоит.
— Потрогай меня.
Криса оглушило едва слышными словами. В устах Кая это звучало так… как “поцелуй меня”.
С удовольствием. И в этом был резон: Кай поцеловать Криса не мог — запрет.
Крис бросил ладони на твёрдые скулы и прижался поцелуем ко лбу Кая. Водил губами по сомкнутым векам, целовал в уголок рта и сползал на шею, глуша искристой кожей тихие стоны и теряясь в поглаживаниях, пока палец внутри него плавно ввинчивался между тугих мышц, проникал глубже.
Это было не так, как Крис себе представлял. Кай в самом деле чувствовал его. Чувствовал малейшее неудобство и либо останавливался, либо прикасался иначе, чтобы неудобство прогнать. Словно чувствовал вместе с Крисом. Одновременно. А ещё его палец нагревался. Вряд ли только от трения и поглаживаний. Но становилось лучше и лучше. Два пальца вошли уже так, будто это было в порядке вещей. Горячие, чуткие, нежные.
Крис сжал ногами бёдра Кая сильнее. Непрерывно целовал в плечо и скользил ладонями по гибкой спине, пока Кай слегка дёргал его за волосы левой рукой, а пальцами другой руки продолжал разминать стенки внутри. Неровное дыхание теплом оседало на щеке Криса так же, как его собственное — такое же — на густой россыпи искорок по коже.
Кай упёрся ладонью ему в грудь, отстранился и приподнялся. Смотрел неотрывно, пока на ощупь искал покрывала, чтобы подсунуть под ягодицы. Пальцы он убрал тоже, провёл ладонями по ногам Криса и потёрся щекой о колено. Мягкий нажим — и Крис послушно отвёл левую ногу в сторону. Прикосновение к внутренней стороне бедра вызвало дрожь. Кай придвинулся ближе, позволил почувствовать твёрдое и горячее, влажное от естественной смазки. И позволил утонуть в усилившемся дурманящем аромате. Запах его Крис даже на кончике языка ощутил сладостью. Кай ещё ни разу не пах так сильно и оглушающе, так… подавляюще.
Крис провалился в его запах с головой. Чем чаще делал вдохи, тем стремительнее стиралась грань реальности, а тело расставалось с напряжением.
Сквозь дымку, подкрашенную огнями “светлячков”, Крис смотрел, как Кай сжимал ладонями его бёдра, оглаживал отведённую в сторону ногу и прикасался к члену. Смотрел, как Кай входил в него, стискивая пальцами левое бедро. Несколько плавных толчков, тянущее ощущение, от которого тело само выгнулось, пульсация внутри, снедающий жар и трепет под мышцами живота.
Кай светился. Весь. Мерцал. И мерцание вторило стуку сердца.
Крис ухватился за него, потянул к себе, млея от приятной тяжести. Трогать и гладить Кая, сжимать в объятиях стало необходимостью. Такой же необходимостью, как первый тугой толчок, разбавленный резким выдохом и долгим стоном.
Пальцы Кая сжались над левым коленом, сминая кожу и мышцы. Крис непроизвольно поднял ногу выше и сильнее отвёл в сторону. Кай прислонился лбом к его груди, стиснул ногу пальцами до синяков и снова толкнулся, вжался бёдрами между ног Криса. На спине перекатывались мышцы под гладкой от пота кожей — Крис чувствовал ладонями. И чувствовал Кая в себе. Чувствовал себя вокруг толстого горячего ствола, скользившего внутрь и обратно.
Крис плыл от плавных неспешных толчков, парил сознанием. Движения Кая напоминали волны, а пряный запах заставлял мысли путаться вместе с ощущениями. Как наваждение, что заставляло покориться, а после окунуться в горячку, жажду прикосновений. Крис тянул Кая к себе, обжигал поцелуями лицо в попытках поймать искры и выпить сияние. Кай ускользал и уворачивался, чтобы не подставить губы, прятал лицо, утыкаясь то в шею Криса, то в грудь. Шёлком — влажная от пота кожа под пальцами, огнём — звенящие напряжением мышцы, дрожью — томление в центре живота.