Сон в прошлый раз оборвался, превратившись в череду бредовых картинок. На этот раз Алиса вспомнила, чем все закончилось.
Ландау ждал ее на мосту, готовый прийти на помощь, пока сама Алиса закольцевала мост, заставив вернуться к обелиску, и спрыгнула прямо в голубой камень.
Тот полыхнул, затягивая туманом все вокруг. И реальность начала размываться и уплывать, рассыпаясь черными точками перед глазами…
…Она словно проснулась. Тяжело дыша, пригладила волосы, провела ладонями по лицу, осмотрелась. Гостиничный номер показался до невозможности чужим, незнакомым, враждебным. Хотя он и был чужим…
Ландау спокойно наблюдал за Алисой, ожидая, пока видения закончатся. Он даже не пытался как-то растормошить ее, не дать вспомнить все раньше времени. А может, знал, что у нее и не получится. Что она такого вспомнила, кроме старого бредового сна?
— В центре Некрополя когда-нибудь был голубой обелиск? — спросила Алиса, пряча руки поглубже в рукава свитера. Она вдруг поняла, что оттенок свитера в точности повторяет оттенок того странного камня. — А вы когда-нибудь помогали мне… ну, Илоне… что-то сделать с ним в обход Сулея? Сулей гнался за нами, вы создали мост над домиками Некрополя… Тогда он выглядел не как здание, а как деревня.
— Хм, — Ландау, казалось, удивился. Он заметил, что Алису бьет озноб, и коротким узором, не вставая с места, включил чайник. — Нет. Я бы сказал, что не было ничего подобного, но не могу утверждать точно. Как показал опыт, кое-какие мои воспоминания стерты. Это то, что вы вспомнили?
На магии чайник вскипел моментально. Через минуту Ландау сунул Алисе чашку с чаем. Алиса благодарно вцепилась в нее, грея руки об обжигающие стенки.
— Да вот не знаю, вспомнила я или… — пробормотала она. — Мне это снилось… ну, почти это. Еще в тот вечер, когда я украла зелье и отдала Сулею.
— Интересно, — сказал Ландау. — Вероятно, это происходило на самом деле… Скоро поймете. Только пожалуйста, — он снова пристально и строго взглянул Алисе в глаза, — подождите.
— Да не собираюсь я прямо сейчас бежать к Некрополю, — буркнула она. — Подожду.
Они замолчали. Алиса потягивала горячий чай, чувствуя, как озноб отступает, а на смену нервозности приходит хрупкое спокойствие. Все-таки она оказалась Илоной. Что же… Может, когда вернутся полные воспоминания, в них найдется хоть что-то, что сможет оправдать Илону в ее собственных глазах. Потому что думать, что Алиса могла быть этой… этой дурой, преданной Сулею до последнего волоска в носу, было мерзко. Сейчас она хотя бы пыталась мыслить критически! И потом, только слепой не заметил бы, что Сулей — вовсе не идеальный ангел с крыльями!
Пожалуй, Алису устроил бы один из двух вариантов. Или Илона все-таки что-то соображала, просто притворялась фанаткой Сулея с какой-то целью. Или была фанаткой на самом деле, но что-то открыло ей глаза. И Сулею совсем не понравилось то, что она увидела своими открытыми глазами.
Тьфу. Лучше не задумываться сейчас обо всем этом. Правды все равно не узнать. Чтобы ее узнать, нужен успешно проведенный ритуал. И Алиса спросила:
— Вы хоть сейчас расскажете, что именно собираетесь делать? Как будете возвращать это все, — она описала руками неопределенный круг, имея в виду погибающую столицу, да и весь остальной мир, — в нормальный вид?
— Да, — задумчиво ответил Ландау. — Пожалуй, уже можно… Действовать вслепую вам опасно. Придется посвятить вас в детали и оставить здесь до ритуала, чтобы Сулей не перехватил. Никуда не собирались этой ночью?
Алиса проглотила слишком много чая, обожгла горло и втянула воздух ртом, пытаясь потушить пожар в глотке. Никуда ли она не собиралась? Да может, и собиралась — домой, например! Вот только некротические волны, которые могли наползти откуда угодно и мгновенно уничтожить, отбивали всякое желание попасть домой. Нет уж. Ищите другого дурака. После увиденного она намеревалась или остаться здесь, или заночевать в ложе, а в самом крайнем случае — в инквизиции.
И тут зазвонил телефон.
«Ирка, наверное», — тоскливо подумала Алиса, открывая шкаф и роясь в карманах куртки. Телефон голосом модной певицы повторял, что нельзя сдаваться…
На экране оказалось имя Лины Венцеславовны.
Алиса изумленно моргнула: она даже не помнила, что у нее есть этот номер. И что же понадобилось главной идейной вдохновительнице возвращения Сулея? Жаль, вряд ли та звонила, чтобы сообщить о его скоропостижной смерти.