– Почтовые марки, – раздался чей-то голос.
Оказалось, кондор-почтальон пришел в себя и, отыскав на кресле сухое место, давно наблюдает за странной троицей.
– Марки? – переспросила Джен. – На что они мне?
– Наклеивать на конверты, – пояснил почтальон.
– Я и так знаю, что марки наклеиваются на конверты! Я спрашиваю: на что они мне сдались? Да еще и в таком количестве! Я же не знаю никого в Тысячегорье!
– А по объему входящей корреспонденции так и не скажешь, – проворчал кондор и занялся ремонтом фуражки.
Лесис тоже с интересом разглядывал марочный блок:
– Может, это марки для оплаты налогов? Или благотворительные марки на поддержку маяка? Дай-ка сюда… О, какой раритет! Эти марки – для писем, уходящих за горы, – поймав иронично-насмешливый взгляд Когтя, с вызовом произнес: – Да! Филателией я тоже увлекался! Круг моих интересов значительно шире, чем у заурядного обывателя вроде Вас!.. Так вот, о чем я? За все время моего пребывания в Тысячегорье, а пробыл я здесь изрядно, такие марки не выпускались. Связи-то с внешним миром нет! Корабли не ходят, драконы не летают… Удивительно! Неужели в наших краях вновь появилась международная почта? Но как? На воздушных шарах?
На последнем предположении почтальон наконец закончил чинить фуражку и, нацепив ее на лысину, не без гордости произнес:
– Почтовый кондор к вашим услугам! Кстати, единственный! «Аэрокондор» – международная почта Тысячегорья.
Джен подозрительно поглядывала то на марки, то на почтальона:
– Что, и в Тортагу могу отправить?
– В Тортагу, в архипелаг Морских Котиков, хоть в Нижнее Кошачье, – подтвердил почтальон. – Я, конечно, буду страшно ворчать, но все равно обращайтесь… Точно! Я ведь не рассказывал здесь эту историю! Видите ли, не так давно мне довелось пережить нападение пиратов. Дело трагически кончилось открытым переломом пера. Думал, пропал: спишут за негодностью. Лишусь и места, и жалованья. Но, пожалев несчастного, корабельный лекарь всю ночь колдовал над крыльями. И вот смотрите: это – предкрылки… а это, наоборот, – закрылки… а еще установлена система управления креном… Взлетаю как пух, и даже с тяжелым грузом! А какие расстояния могу покрывать! В общем, вышло наоборот: повысили по службе и дали прибавку… Знаете, что я вам скажу? Чудны`е дела стали твориться в Тысячегорье с появлением здесь Хранителя Света!
Тут кондор хлопнул себя по коленям и рассмеялся – сухо, клокочуще, будто делал это впервые в жизни или упомянутый корабельный врач вставил ему смеховой механизм, да забыл помазать горло маслом.
Джен отложила блок марок к вороху странных вещиц, высланных местными жителями в качестве ее гонорара. Что со всем этим делать – совершенно неясно. Но Дечиманкелу вряд ли устроят мох и ракушки. Решив подумать об этом позже, выдохнула:
– Ладно. Хорошо, что можно написать в Тортагу.
– Ты что, ни разу не писала писем тетушке Кэтрин? – Брови Лесиса выразительно поднялись вверх.
– Почему? Писала, конечно…
– А как отправляла?
– Как обычно: запихиваешь письмо в бутылку и бросаешь в море!
Уже собравшийся в дорогу кондор-почтальон замер у двери и посмотрел на Джен с привычным суровым осуждением. Однако новый легкий характер, какой даруют осознание превосходства в воздухе и стабильное крупное жалованье, все же прорвался и одержал в нем победу.
– Ну, так тоже можно, – признался он. Однако, спохватившись, строго добавил: – Но с маркой – надежней.
Глава четвертая
Фокусник
«Тук-тук-тук», – стукались друг о друга найденные лыры: Джен задумчиво пересыпала их из ладони в ладонь.
– Ста унций здесь нет даже близко! – наконец воскликнула она. – А ведь все было спланировано и-де-аль-но! Если бы я не была так зла, рыдала бы от обиды. Лесис, ты точно уверен, что Тысячегорью НАДО, чтобы ему помогли?.. Как я вообще могу ему помочь? С помощью вязаных носков?
– Отличные теплые носки, – заметил Лесис. – В горах очень холодно. Уж поверь маститому скитальцу. А какие лютые морозы по ночам! Вдруг ты отправишься в горы, а под рукой не окажется трех собак…
– Я же не про то, что они мне не понадобятся! – оборвала беглого тирана Джен, нежно поглаживая вязаный подарок. – Ты прекрасно знаешь, о чем я: никакие носки не помогут мне рассчитаться с Дечиманкелой! И как я тут все починю и построю флот?! И почему, когда я хочу конфеты, – мне присылают конфеты? А когда я хочу всего-то сто унций лыр, мне приходит все, что угодно, только не лыры?