— Тихо, Леночка, свои.
Елена обернулась и увидела двоих — парня и девушку. Не надо было долго раздумывать, чтобы понять — это не люди! Помимо того, что оба были почти голыми, чёрные волосы девушки обрамляли красивое лицо с золотыми волчьими глазами.
Парень произнёс:
— Я Северсвет.
Елена замерла. Девушка улыбнулась ей, оскалив белоснежные клыки, а парень отвёл руку от её рта:
— Сиди тихо, Леночка.
И оба поползли вперёд. Елена вытянула вслед голову, но они уже исчезли из виду. А возле машины, оборотни, окружившие Ивана, не торопились убивать его, словно хотели насладиться моментом сполна.
— Ну, где же вы? — Елена всматривалась сквозь ветки кустов.
Она неосторожно подалась вперёд, и едва слышный шорох мгновенно развернул оборотней в её сторону. Мелькнувшего светлого пятна пальто было достаточно, чтобы всё понять. Они ринулись к Елене в тот же миг.
В кустах полыхнула вспышка, и огромная собака с белыми лапами, ничуть не меньше волков, врезалась в одного из них. С другой стороны поднялась чёрная волчица и прыжком догнала другого, но третий…
Елена застыла, понимая, что им с Никитой не убежать. Оборотень прыгнул точно к её сыну. Конечно! Ведь целью всегда был он!
Но внезапно… голос Ивана наполнил воздух, словно гром, и произнесённые слова, будто сорвали печати всех измерений. Ослепительно-яркий свет окутал Никиту, став очертанием огромного волка, закрывшего ребёнка собой. Звуковой волной его рёва несколько деревьев рядом вырвало с корнем, и третий зверь рухнул на землю оглушённым, из его пасти брызнула кровь. Призрак растаял в сиянии в ту же секунду, а Елена подхватила Никиту, крепко прижав к себе.
— Как ты, как?. — она заглянула в его глаза, ожидая самого худшего, но сын был спокоен. Даже… улыбался.
Елена встряхнула его:
— Мальчик мой!
— С ним всё хорошо, — раздалось за её спиной.
Женщина обернулась. Иван стоял рядом, опираясь на меч. В разрывах ткани его рубашки виднелись глубокие порезы, наполненные кровью, но заметив полный страха взгляд Елены, он ободряюще улыбнулся:
— Выживу, моя хорошая, не бойся.
Рилевский расстегнул ремни, которыми на спине крепились ножны меча, снял мокрую рубашку, вынул из кармана брюк кусочек белой ткани с вышивкой и приложил его к самой глубокой ране.
Елена смотрела на него и молчала, испытывая все чувства сразу: страх, тревогу, облегчение и удивление.
— Ты давно сражаешься, — наконец сглотнула она.
Иван кивнул как ни чём не бывало:
— Можно сказать с рождения.
А Елена, широко открытыми глазами смотрела, как белая ткань стягивается на ране, склеивая её края, как останавливается кровь и вспухшая на месте разреза кожа возвращается в нормальный вид.
— Кто ты, всё-таки? — с придыханием прошептала она.
Иван только улыбнулся:
— Я действительно дядя Никиты.
Елена понимала, что Рилевский говорит правду, но лишь малую её часть.
Пока они стояли, вокруг вовсю шла работа по сокрытию следов произошедшего. Северсвет, оставшись собакой, копал яму под тела оборотней, очень быстро углубляясь лапами в землю.
— Машина выживет! — крикнула Дарья от УАЗика. — Вроде. Северсвет, потянем?
Елена с новым для себя ощущением разглядывала девушку оборотня. В человеческом облике её фигура, покрытая тонкой тканевой сеткой, была мускулистой и крепкой, длинные чёрные волосы спадали на плечи. Дарья помогла Северсвету столкнуть тела оборотней в яму, а потом в одно мгновение снова стала волчицей. Вдвоём с собакой они легко вернули машину на дорогу.
Иван посадил Елену с Никитой, сам сел за руль. Оборотни на этот раз тоже поехали с ними в салоне. Елена от шока даже не обращала внимания на их быстрый переход из одного облика в другой. Три секунды — и в синем пламени либо волк, либо человек.
Весь обратный путь она просто молчала. Так много хотелось понять, но любая попытка сосредоточиться, чтобы сформулировать вопрос, приводила только к повторению перед глазами картин сегодняшней ночи. Елена и не заметила, как оказались у дома. Когда поднялись в квартиру, Северсвет весело спросил:
— Нам полагается ужин?
— Уже завтрак, — усмехнулась Дарья.
Пока Иван укладывал Никиту, Елена собрала на стол, и через несколько минут все сели на кухне. Тихо гудело радио, готовясь проснуться. Елене казалось, что она никуда не уезжала. Отчасти потому, что её не было дома всего два часа.
Ощущение нереальности подогревали полуголые оборотни, смаковавшие чай с конфетами, запах крови и разговор…
— Место подготовлено, — рассказывал Северсвет. — Город местного значения. Квартира в центре, возле стоянки службы такси. Здание старого образца, стены толстые, окна и дверь уже заменили. Пуленепробиваемый стеклопакет. Я сам пробовал пробить. Только трещину сделал.