На поверхности русалочье наваждение прошло и захотелось на берег, к жене и детям. Гартош сильными гребками устремился подальше от глубины, с ее соблазнами, опасаясь, что хозяйка морской пучины не пожелает так просто отпустить человека, и станет хватать его за пятки. Но русалка не задерживала гостя, хотя он чувствовал, какое нею овладело разочарование.
Лисита зашла по колена в воду, и с тревогой в голосе задала вопрос:
– Что там случилось?
– Где? – попытался прикинуться дурачком Гартош.
– В море! – уже сердито уточнила Лисита.
– Ничего. А с чего ты взяла, что там что-то случилось?
– Да так, почувствовала кое-что. Да и выглядишь ты… чересчур возбужденным.
– Тебе показалось, – буркнул Гартош, и ступил на песок.
– Без меня больше купаться не пойдешь! – решительно заявила Лисита.
– Да я вообще больше купаться не пойду, – ответил муж и пошел одеваться.
Явно почувствовав что-то женским чутьем, Лисита посмотрела на море уже не столь дружелюбно.
XVIII
После короткого, но впечатляющего отдыха на море, Гартош вновь погрузился в проблемы легиона, изредка отвлекаясь на семейные дела.
Полевые учения, которые Черный Легион проводил неподалеку от Аргатных гор, были в самом разгаре. Командор стремился побыстрей обучить боевым приемам новых бойцов и единорогов, которыми недавно пополнился легион. Вновь прибывших командор распределил так, чтобы в каждом полку находилось примерно равное количество боевых единиц. Так как наименьшие потери понес третий полк под командованием Вирона, в него попало меньше всего пополнения, и естественно он считался самым опытным и боеспособным подразделением. Поэтому именно третий полк чаще всего играл роль противника, которого непременно нужно уничтожить.
Полк Тереса только что провел атаку на полк Вирона, и теперь командор, вместе с полковниками и сотниками, проводил разбор результатов. Вызов Гнивера прозвучал как всегда неожиданно:
– (Ты где, брат?)
– (На юго-востоке от Аргатых гор, проводим учения.)
– (Очень хорошо. Можно посмотреть?)
– (О чем разговор, конечно приходи! Погоди, погоди! Ты сам придешь, или с кем-то?)
– (С Лисваном.)
Гартош возмутился:
– (Император прибывает в мой полк, а мне нужно это из тебя вытаскивать?!)
– (Не сердись. Это не инспекция, а простое любопытство. Лисван не так часто видел Черный Легион в действии.)
– (Когда вы прибудете?)
– (Сейчас.)
– (Понял, ждем.) – и, разорвав магическую связь, Гартош заорал, причем так, что его услышали в обоих полках. – А ну всем быстро подобрать сопли! Сейчас сюда прибудет император, посмотреть чего вы стоите!
Сотники резво побежали в свои сотни. Хотели было за ними рвануть и полковники, подальше от монарших глаз, но Гартош их остановил:
– Куда! Я что, сам буду императора принимать? Быть при мне. И побольше зверской решимости на лицах и мордах! Их тоже касается, – командор ткнул пальцем в единорогов.
Единороги полковников прониклись моментом, грозно вздыбили гривы и со злобным фырканьем стали рыть копытами землю.
– Вот так-то, – одобрил командор.
Император с Гнивером, с всего тремя десятками охраны и тремя магами прибыли через пару минут. Для этого императору со свитой открыли небольшой портал.
Словно вздулся пузырем воздух, заметались вокруг защитные и поисковые заклинания, и в открытую магическую дверь шагнули одетые в белую броню арбалетчики Первого Легиона. От их брони буквально разило защитной магией, а от арбалетов – боевой. Следом за первыми двумя десятками вышел Гнивер, а за ним Лисван. За последним десятком портал захлопнулся.
Молодой император подошел к тройке встречающих, обнял Гартоша, раскланялся с полковниками.
– Рад видеть тебя, командор. Показывай своих красавцев. А то пол имперской казны опустошили, хотелось бы увидеть, на что.
– Здесь только два полка, ваше величество. Проводим полевые учения. Но если пожелаете, я могу вызвать и остальные три.
– Не надо, – махнул рукой Лисван, – ничего не устраивайте специально для меня. Просто покажите, как вы воюете, на что способны, и все. Я думаю, двух полков для этого хватит.
– Хорошо ваше величество, мы продолжаем учение.
Снова заняли знакомые позиции бойцы третьего полка, и на них со всей решимостью навалились единороги второго. Даже на привыкшего к такому зрелищу Гартоша, это произвело впечатление, будто он стал свидетелем столкновения высших сил. Что уж тут говорить о посторонних. Лисван наблюдал за сражением с искренним восхищением, и, не поворачиваясь, сказал Гартошу: