Невидимый котелок, с вполне видимым огнем, медленно плыл в сторону широкой центральной башни, которая не отличалась высотой и поднялась лишь немногим выше стены. Скорей всего эта башня исполняла роль главного корпуса. По огненной полусфере хлестали молнии, в нее метали огненные шары и пульсары, невидимые таранные заклинания пытались ее раскачать и опрокинуть, но она неумолимо продвигалась в сторону башни.
Гартош как завороженный следил за магическим котелком, уже понимая, что сейчас произойдет. Полусфера застыла точно над срединой башни и начала медленно переворачиваться, изливая содержимое на плоскую крышу. От соприкосновения с огнем горело все, в том числе метал и камень. Смертоносный огонь прожег каменную верхнюю площадку, и настоящей магмой просочился вниз. Из немногочисленных окон верхнего яруса тут же вырвалось бушующее пламя, почти заглушив женские крики.
– Я думаю, теперь школу ведьм можно считать закрытой, – довольно потирая руки произнес Лапога.
Гремольд все так же молча, одним кивком подтвердил сказанное напарником.
После того, как всепожирающий огонь достиг средины башни, его перекрыли вопли заживо сгорающих. Лапога отвернулся от баши:
– Здесь мы больше не нужны, отправимся туда, где в нас нуждаются больше. Гартов, поможешь нам добраться до Агуатры? А то боюсь, подпространство забросит нас дух его знает куда. Все-таки блокада есть блокада.
– Помогу, – пробормотал Гартош, не имея большого желания наблюдать, как стрелки и маги расстреливают выбегающих из центральной башни юных и совсем молоденьких ведьмочек.
Этот замок можно считать уничтоженным и задерживаться здесь не было необходимости.
– После того как замок падет полностью, всю пехоту перебросишь в окрестные села, – отдал распоряжения Гартош. – Уничтожить все.
– Понял, – кивнул Алькон.
И в следующее мгновение Оскол с компанией вынырнул возле стен Агуатры, где разворачивалось нешуточное сражение.
Агуатра являлась центром, где создавались магические артефакты – верейнские ведьмы были в этом деле великие мастерицы – так что легкой прогулки, как в Толафесе, здесь не стоило ожидать.
У стен и на самих стенах шло кровопролитное сражение. Виктанийцам удалось захватить лишь два небольших участка на стенах, с двух сторон одной из башен. Сама башня оставалась в руках защитников, и с нее, как и с соседних башен, по нападающим непрерывно велся обстрел стрелковым и магическим оружием. Так что количество жертв росло непрерывно.
Гартош сразу оценил обстановку:
– Пожалуй, стоит привести сюда подмогу из-под Толафесы.
– А сможешь провести? – спросил Лапога. – Все-таки блокада.
– Постараюсь.
– Тогда хватит ковыряться в носу, приведи кого сможешь.
Алькон даже не успел соскучиться, когда командор появился вновь.
– А… – начал было полковник, но командор его остановил.
– Три сотни единорогов и столько же пехоты, срочно собери для переброски под Агуатру!
– Там все так плохо?
– Более чем.
Алькон без лишних слов бросился собирать сотни, а Оскол отправился к магам, их помощь под стенами Агуатры так же не будет лишней.
Прошло целых пять минут, пока Алькону удалось вернуть с окрестностей нужные сотни:
– Этого хватит? Может собрать всех? Мы здесь и так изрядно натворили.
– Может, понадобятся и все, – ответил командор, – но пока заберу только тех, кого наметил.
– Мне с тобой?
– Нет, присмотри здесь. Нужно собрать наших убитых и побеспокоится о раненых. Если вы понадобитесь, то я вернусь.
Гартош повел, и главное сумел довести подмогу к замку создателей артефактов.
Возле Агуатры обстановка почти не изменилась, разве что с помощью Лапоги и Гремольда удалось захватить окруженную башню, и тем самым появилась возможность прятаться от обстрела, да накапливать силы для очередной атаки. Гартош передал пехотные части в распоряжение полковника барса, и дал им напутствие: