– А что, похож! – заржал стоящий неподалеку Зигул.
Гартош, Лапога, и даже Гремольд дружно подхватили ржание полковника.
Поняв, что подвергся какой-то шутке, Волотиг укоризненно посмотрел на Лапогу:
– Опять ваши шутки ваше магичество?
– Опять, опять, – не стал отпираться старший маг. – Но ты уж не подведи меня сынок. Начинайте! Пока эти сучки не ударили по вам, чем посерьезнее.
Командор Черного Легиона и сам понимал, что медлить больше нельзя. Он отдал приказ и накопленная единорогами энергия, заплясала на кончиках рогов четвероногих воинов, клинках и наконечниках копий двуногих, а затем устремилась по кругу, все ускоряясь и усиливаясь. Этот поток впитывал в себя всю свободную энергию вокруг. Гартош стоял возле Волотига, положив левую руку магу на плече. Командор должен был выступить проводником Силы, между своими бойцами и направляющим наконечником…
В какой-то момент Гартош осознал, он больше не может сдерживать ту энергию, что струилась через него. Каково же было рядовым бойцам!
– Готовсь! – крикнул он магу.
Еще пару долгих секунд, во время которых Осколу показалось, что остановилось само время, а из старшей башни начало медленно изливаться бледное пламя, не сулившее виктанийцам ничего хорошего.
– Сейчас!
Волотиг вытянул вперед жезл, и ветвистая молния пронзила старшую башню от островерхой верхушки до самого основания. Несколько секунд ничего не происходило, только наступила странная тишина – все ожидали результата от столь массированной магии. Осколу даже показалось, что все обернулось огромным пшиком, единственный плюс которого – нейтрализация смертоносного ведьминого пламени. Но тут башня покрылась трещинами, и быстро обвалилась сама в себя. Два удара сердца спустя, свалился с лошади и Волотиг.
Кто-то из магов подскочил к своему собрату.
– Жив? – поинтересовался Гартош.
– Жив, – облегченно вздохнул маг. – В беспамятстве только. И магией долго не сможет заниматься.
– Ну, это не так страшно. Хотя его помощь нам бы еще понадобилась.
Командор еще раз взглянул на произведенные ими разрушения. На месте башни грудилась огромная куча камней, из-под которой то и дело вылетали короткие молнии и сыпало искрами. Не дожидаясь пока осядет густая пыль и исчезнет остаточная магия, пехота бросилась на камни, стремясь забраться внутрь стен, пока не опомнились защитники.
– Лапога! Гремольд! – заорал Гартош.
Старшие маги как раз наносили удар по одной из башен, поэтому не обратили на командора никакого внимания. Пришлось ему подъехать самому.
– Хорошо сработали! – освободившись, сказал толстый маг. – Теперь нужно так же ударить вон по той башне, она сейчас следующая по силе. Сможете?
– Сможем. Хоть и не столь мощно. Только давайте кого повыносливей, чтоб напор силы выдержал. Хоть и меньше будет энергии, но все же.
– Выносливого? – задумался маг.
– Ну, или кого не жалко, – добавил Гартош.
Гремольд кивком указал на одного из магов, и Лапога огласил окрестности пронзительным криком:
– Кондратас! Быстро сюда!
Широкоплечий, бородатый, похожий на гнома маг, услышав призыв старшего, хотел было забраться на лошадь и подъехать, но после пары неудавшихся попыток, махнул рукой и подбежал:
– Чего?
– Ничего! Поступаешь в распоряжение к единорогам. Будешь этим… направляющим, в общем. Понял?
– Угу, – буркнул маг, насторожено поглядывая на Волотига.
К Кондратасу подвели лошадь, и он смог наконец, на нее взобраться. Гартош на своем Агаральде встал рядом:
– Держись маг, силы мы тебе дадим не меряно. Выдержишь?
– Не бойся сынок, – прогудел густым басом бородач, – ты даже не представляешь, с какими силами мне доводилось сталкиваться.
– Тогда начнем.
Вновь энергия побежала по кольцу единорогов, и вновь они подверглись массированному обстрелу. Защита от этого обстрела оттягивала на себя часть силы и накопление энергии затянулось. Кондратас уже начал нетерпеливо поглядывать на Гартоша, когда тот наконец, выдал:
– Готовсь!
И почти сразу:
– Сейчас!
Маг даже пошатнулся от мощного напора энергии, но удержался в седле. С его медальона в средину башни ударило ярко белое копье света. В месте удара башня почернела и стала плавиться. В следующее мгновение в стене появился провал, луч ворвался вовнутрь, и там что-то взорвалось. Следом раздалось еще несколько взрывов. Башня пошатнулась, часть стены обвалилась наружу, но полного разрушения, как предыдущей башне, виктанийцы так и не дождались.