– Всех здесь положу, – зловеще пообещал он.
На карлика набросились сразу четверо. Но странный шут оказался на удивление ловким, неизменно уходя от ударов и безжалостно полосуя соперников.
В схватке королей удача так же не сопутствовала гостям. Достаточно поводив Титара, уже потерявшего много крови, «Кванат» подскочил и сильным ударом рассек противнику предплечье. Секира выпала из рук Титара и через секунду у его горла оказалось острие меча.
– Как тебя убить соседушка? – елейным голосом спросил Гартош. – Быстро, или растянуть удовольствие?
– Пощади, – прохрипел король-сосед.
– И какая мне с этого выгода?
– Я поклянусь на «Королевской правде» никогда не нападать на твое королевство.
– И все? – удивился «Кванат». – Когда я тебя убью, ты в любом случае больше на меня не нападешь.
– Я три года не буду брать дань с твоих купцов, – стараясь не смотреть на своих подданных, пообещал Титар.
– Десять, – тут же нашелся Гартош.
– Пять, – нашел в себе силы поторговаться поверженный король.
– Хорошо, пять, – после недолгого раздумия согласился победитель.
– Ты с ума сошел, братец! – заорал здоровяк, так похожий на Титара. – Ты обещал, что это королевство достанется мне!
– Попробуй взять его сам, – мудро посоветовал Титар.
– И возьму!
У «Кваната» появился новый соперник, молодой и более подвижный. Переждав пару особо сильных ударов, Гартош не стал затягивать схватку, и молниеносным ударом отсек противнику кисть правой руки. Заревев словно раненый медведь, брат короля зажал обрубок и бросился из зала.
В углу, Гнивер лупил своего соперника магическим жезлом, уже без всякой магии. Алькон зарезал троих и с идиотским, и от того жутким смехом, гонялся за остальными. Вскоре тронный зал наполовину опустел: гости покинули его, кто мог, конечно, а местные вельможи недоуменно переглядывались. Они ни как не ожидали такой прыти от своего короля, колдуна и уж тем более шута.
Снаружи, во дворе, все больше нарастал шум. Гартош с компанией поспешили туда же. Брату короля уже перевязали руку и помогли взобраться на лошадь. Кривясь от боли и баюкая руку, здоровяк призывал воинов отомстить за те унижения, что зарканийская королевская семья потерпела в этом богами проклятом королевстве. Воины потрясали оружием и уже были готовы идти на штурм, когда на выходе из дворца показалась наша троица. Площадь потряс возмущенный рев.
Поняв, что медлить больше нельзя, Гартош подал условный сигнал и деревянный забор, перегораживающий двор, упал. За забором, построившись для атаки, застыли сотни черных боевых единорогов с всадниками. Над площадью быстро установилась тишина, даже лошади перестали фыркать. И в этой тишине, визг короля резанул по ушам похлеще бритвы.
– Убейте этих зарканийских ублюдков! – толстенький «Кванат» кричал, брызгал слюной и топал ногами. – Принесите мне их поганые головы!
Передние ряды черной тысячи опустили копья и стали медленно набирать скорость. Передние же ряды зарканийцев ломанулись назад, расталкивая и пробивая себе дорогу сквозь не совсем понимающие ситуацию задние ряды.
Наконец, до всего титаровского войска дошло, в какую мясорубку они сейчас попадут. Паника мгновенно охватила всех до единого. Давка на выходе из площади выросла в несколько этажей. Люди и лошади смешались в одну кучу, крики боли и ужаса донеслись, казалось, до самых небес. Виктанийцы не торопились, они давали возможность противнику удалиться как можно дальше – трупы на площади не нужны были никому.
Через несколько минут, двор перед дворцом и примыкающая к нему площадь опустели. Из дворца, хромая и держась за живот, вышел Титар. Он хмуро осмотрел заваленную брошенным оружием площадь и подошел к «Кванату»:
– И как это все понимать?
– Что именно?
– Твое преображение и могучее войско.
– Притворялся я, – нехотя признал «Кванат». – Такая скукотища иногда наваливает, что хоть вой. Единственный выход, это война. Но я же справедливый, поэтому не мог сам напасть первым. Мне нужен был повод. И вот дождался подарка от соседа. – Король Литерии с благодарностью посмотрел на собеседника.