- Добрый день, сержант. Меня зовут Альбер Мартен, я служу звездным смотрителем в созвездии Южного Креста. И так случилось, что меня похитили вместе с планетой и увозят в неизвестном направлении.
- Сынок, я служу на этом посту уже пятнадцатый год. Чего я только не наслушался за все это время. И твой розыгрыш далеко не самый оригинальный. Так что советую не звонить сюда больше. Никогда! – он повесил трубку.
Альбер в принципе не был удивлен, но все равно было неприятно. Помнится, он и сам когда-то служил в космической полиции. Детали он позабыл, но точно помнил, что отзывался на каждый поступавший вызов. Да, конечно, были случаи, когда вызов оказывался ложным, и любителей разыграть полицейских хватало, но чаще всего он не тратил время впустую и помогал тем, кто в этом реально нуждался. А теперь по какой бы причине ты ни позвонил в полицию, они тебе скажут, что ты все эту придумал и вообще нечего их больше разыгрывать.
Альбер попытался связаться с Фоноксом и выяснить у него что-нибудь:
- Куда ты меня везешь? И что ты будешь дальше делать с планетой?
Он несколько минут что-то усердно печатал и потом выдал:
- На Фландрею. Скоро сам все увидишь.
Альбер посмотрел на карту сектора, сверил направление и скорость полета и подсчитал, что на Фландрее они окажутся примерно через 5 дней пути. Он еще раз глянул на кнопку связи с космической полицией, но быстро одумался. Еще раз выслушивать оскорбления от какого-то Гонсалеза ему не хотелось. В конце концов, он решил расслабиться и позволить Вселенной самой расставить все по своим местам. Чаще всего, такое решение оказывалось лучшим. Может быть, и сейчас повезет.
Он выпил порцию «Взрыва», прибрался в комнате, приготовил себе поесть и разместился на кушетке. Перед ним на полу разместилась вся коллекция квартонов. Фонокс обмолвился, что они встречались с ним ранее. Около двух тысяч лет тому назад или типа того. Альбер о той встрече напрочь позабыл. Все, что он помнил о фландрейцах - это то мерзкое ощущение от соприкосновения с их щупальцами, которое он когда-то испытывал. Оно не хотело никак выбираться из его памяти. Хоть ты запишись к психотерапевту, чтобы проработать эту проблему. Так или иначе, он должен был вспомнить ту встречу. Может быть, она даст ему какую-то подсказку и позволит лучше понять фландрейца, его мотивы и планы.
Альбер взял в руки десятый квартон и вставил его в проигрыватель. На спроецированном в воздух экране показалось десятое столетие жизни Альбера. Он начал просмотр с его последней четверти.
На этом моменте следует сделать небольшое отступление и рассказать о принципах перезаписи воспоминаний. Можно подумать, что на квартонах хранились долгие годы из множества воспоминаний от первой и до самой последней минуты каждого столетия. Таким образом, чтобы отсмотреть одну четверть века, нужно потратить 25 лет своей жизни. Но нет, в действительности все было иначе. Человеческая память устроена таким образом, что запоминаем мы лишь самые яркие и экстраординарные события в наших жизнях. Все прочее стирается так быстро, что едва доживает до следующего дня. Вот и получается, что в одной четверти века хранились лишь самые яркие события этого периода и их все можно было отсмотреть всего за несколько дней или часов, если включить ускоренный режим. И раз уж у Альбера случился внеплановый отпуск, торопиться ему было некуда.
Итак, 976ой год своей жизни он провел в составе исследовательской группы, которая занималась поиском, исследованием и классифицированием инопланетных форм жизни. В первую очередь деятельность группы была направлена на поиск уже разумных форм жизни или тех, кто обладал необходимым потенциалом и однажды мог развиться до разумного уровня. Если группа обнаруживала потенциально разумное существо, оно подвергалось специально разработанному тестированию, на основании которого комиссия принимала решение о том, следует ли считать ту или иную расу разумной.
К слову, человеческая раса дважды подвергалась подобному тестированию и дважды его проваливала. Люди собственными руками уничтожили свою родную планету и лишь благодаря старанию Цифрового Интеллекта и своим генетически модернизированным собратьям смогли заселить ее вновь. Галактическое содружество посчитало расу двуногих обитателей планеты обреченной, но люди смогли исправить положение и возродить свою цивилизацию. В конечном счете, совершённый технологический прорыв позволил им самим вступать в контакт с представителями содружества. Тест на разумность в таком случае считался автоматически пройденным.
И вот многие века спустя люди сами стали искать разумные формы жизни, описывать их и подвергать тестированию. На словах задачи этой профессии звучали намного интереснее, чем ощущались на практике. Открывать и описывать миллиардный вид во Вселенной было не так весело, как первый или хотя бы тот, что входил в первую сотню, тысячу, да хотя бы в первый миллион. После того как было установлено существование множества разумных и неразумных форм жизни, исследовательская деятельность в этой области перестала быть передовой, и стала просто рядовой. К тому же разумные формы жизни встречались в тысячи раз реже, чем их более примитивные аналоги. Ведь, если так посудить, до даже простейшие микробы, способные выживать при экстремальных условиях и заселившие всю планету, были куда более приспособленными для выживания, чем носители интеллекта.