- Пойдем. Впереди тупик, мы не сможем преодолеть шахту, - сказал ему Альбер и попытался обойти его стороной.
Рубса не сдвинулся ни на сантиметр.
- Посмотрим, – ответил Рубса. Похоже, что у него был какой-то план, - Стой и смотри.
Рубса с Альбером практически сыграли в твистер, но все-таки смогли разминуться в тоннеле.
- Я перенесу нас на ту сторону, - уверенно произнес Рубса.
Альбера вновь накрыло предчувствие надвигавшейся беды. Не похоже было на то, что молодой Альбер собирался отговаривать Рубсу. На экране его озадаченное лицо выражало лишь любопытство.
- Все-таки в молодости мы часто плохо оцениваем риски и оттого совершаем безумные поступки, на которые позже в жизни никогда бы не осмелились. Спроси у меня сейчас, согласился бы я перелететь через бездну вместе с геллорцем, и я бы рассмеялся в лицо тому, кто спрашивает такие глупости. Ответом было бы твердое «НИКОГДА»
Альбер не имел ни малейшего представления, как Рубса собирался это сделать. Крыльев за спиной у него отродясь не было. Оставалось лишь довериться ему. Рубса подхватил Альбера вместе с фландрейцем своей левой рукой. Ничто в его движениях не переменилось. Казалось, он даже не почувствовал их вес. Хотя Альбер в скафандре весил около 120 килограммов. Вес фландрейца большой роли не играл, но все же незаметным его тоже нельзя было назвать.
Геллорец направил свою правую руку перед собой, со вспышкой яркого света она отделилась от его тела и полетела к противоположному краю шахты. За рукой протянулся тонкий, как паутинка, провод. Альбер не предполагал, из какого материала он был сделан, и не хотел думать об этом сейчас. Он стоял там на краю шахты и болел за руку Рубсы, как за любимую спортивную команду – «Давай, ты сможешь. Долети. Долети!». Рука долетела и вцепилась металлическими пальцами в край одного из тоннелей.
Удерживая подмышкой живой груз, Рубса сделал шаг в пропасть. Гравитация планеты, как и любая из фундаментальных сил Вселенной, сработала безотказно, и они оказались в состоянии свободного падения. Шахта собиралась их проглотить. Как вдруг провод натянулся, и их падение превратилось в полет. С необыкновенной грацией, как спортивный гимнаст, Рубса с поклажей в левой руке приземлился на ноги в тоннель. Когда он поставил Альбера на землю, правая рука его шумно загудела и спустя мгновение со свистом вернулась на прежнее место. Благодаря этому номеру шахту они преодолели. Более того, очень удачно они оказались как раз на том уровне, где находился Бенджи. Теперь их троицу и звездолет Альбера отделяли друг от друга лишь переплетения подземных тоннелей, их повороты и развилки.
Рубса шел впереди. Как и раньше он едва помещался в тоннель, и у Альбера была возможность получше его разглядеть. Ростом он был больше двух метров с мощной спиной и широкими плечами. Скафандр у него был военного образца весь изрезанный и позже запаянный. Сотни мельчайших шрамов покрывали этот скафандр, и страшно было представить, что скрывалось под ним.
- Развилка, – сказал Рубса.
- Разделяться не будем, давай направо, - ответил Альбер. Во всех их решениях Альбер брал на себя лидерство и Рубсу, казалось, такое положение вещей вполне устраивало.
Кто бы ни создавал эти тоннели, он был не лучшим проектировщиком. Заплутать там было проще простого. По пути Альбер связался с Бенджи:
- Мы скоро будем, подготовься к вылету. И, прошу тебя, заранее переключись в ручной режим…- начал Альбер.
- Но, - хотел было прервать его Бенджи.
- Я знаю все твои «но», не спорь. Подключайся, минуя все протоколы безопасности. Я знаю все последствия и беру ответственность на себя.
- Хорошо.
- Отличный звездолет, - Рубса обратился к Альберу с комплиментом в адрес его Fao-3000x.
- Спасибо, - ответил Альбер.
- Спасибо, - проговорил Бенджи по псионной связи так, чтобы и Рубса его слышал.
- Даже с интеллектуальной системой управления, - восторженно сказал Рубса. Наконец появилось что-то, что проявило в нем немного эмоций!
- Корабль на самом деле отменный. Я бы и сейчас от такого не отказался. Летаю все время на казенных судах, а своим собственным уже несколько столетий не владел. Все из-за этих антиэнтропийцев. Каждое, мол, расходование энергии ускоряет энтропию Вселенной. Так давайте теперь меньше летать без надобности и экономить топливо. Из-за них производство и поставки космических кораблей существенно сократились. Теперь только избранные могут позволить себе перемещаться на частных космолетах. Все остальные должны либо брать звездолеты в аренду, либо использовать для перемещения общественные транспортные суда. И все почему? Потому что Вселенная когда-то умрет и мы должны делать все для того чтобы этот момент наступил как можно позже. А я вот все не понимаю, действительно ли так велика разница, умрет она позже на миллион или несколько миллионов лет? Разве кто-то ощутит это в пределах целых миллиардов лет существования? Кто-то будет грустить, что прожил всего лишь 50 миллиардов лет, а мог бы прожить 50 миллиардов и 1 миллион?