- А почему нет?
- Вот и я хотел бы знать, почему нет. Но они отказываются свои решения комментировать. Так что нам тут только и остается, что сидеть и голову почесывать. Но скучно это, очень скучно. Мы тут от скуки уже чего только не придумывали. Решили проводить внутренние реформы, вот. Поменяли цвет парадной форму с красного на белый, а с белого на голубой, вот. Со следующего года обратно будем на белый менять, а потом на красный, вот. Чтобы чувство собственного карьерного роста не прекращалось ввели новое знание «Генерал-генерал» - это теперь, стало быть, второй по старшинству офицер в управлении.
- А первый кто?
- Генерал-Фельдмаршал! И это при том, что мы даже не пехота! Ты понимаешь, как все плохо? Понимаешь теперь, почему мы так тебе обрадовались и хотели с тобой пообщаться?
- Если честно, то не очень.
- Красны мои усы! Ну, как не очень-то? Ты вот целую звезду уничтожил. Это же преступление галактического масштаба. Мы о таком даже мечтать не могли. Да я до сих пор не верю, что беседую с настоящей знаменитостью!
- Вообще-то я ее не уничтожал. Сверхновая звезда сама взорвалась, как ей и было положено. Я просто помешал процессу нейтрализации.
- Ты это не скромничай. Эти вот слова о том, что ты ничего не уничтожал, для суда прибереги. А здесь можешь не стесняться никого. Мы тут все свои! Уничтожил целую звезду, мать ее! Звездочка ты наша! – он с любовью посмотрел на Альбера, - Так вот чего мы тебя привезли сюда, собственно? Мы вот как рассудили. Ты если целую звезду взорвал, то у тебя, наверное, и план какой-то был, какая-то своя преступная схема, которая родилась из особого злого умысла в сознании, что целыми десятилетиями, а может и столетиями, замышляло совершить величайшее преступное деяние. И вот мы хотим понять, проникнуть в это твое сознание, разгадать его тайну, чтобы потом применить эти знания для создания нового поколения преступников, которые будут сеять раздор и хаос в здании. Чтобы у бравых ребят вроде нас появилась вновь настоящая работа. ВОТ! Ну, понимаешь теперь?
- Да, теперь, кажется, я понимаю. Но только не было никакого преступного замысла или длительного планирования. Просто так сложились обстоятельства, и я сделал то, что посчитал нужным, - Альбер говорил тихо и голос его звучал так, словно бы он оправдывался.
- Красны мои усы! Так ты выходит настоящий самородок. Талант, вот! Преступный гений! Ничего не планировал, не задумывал и БАМ – сверхновую, как ветром сдуло! Так даже лучше! Даже краше! Расскажи мне тогда, как оно все было. Я хочу понять, хочу изучить, как это так получается, что подобная грандиозная мысль о преступлении в голову проходит. Хочу проникнуть в эту мысль, в самое ее ядро, чтобы знать наверняка и точно, как ее потом другим людям подсаживать!
- Кого подсаживать, простите?
- Мысль преступную!
Альбер принялся рассказывать, а генерал-генерал, тем временем, вооружился электронным писарем и все себе помечал, лишь иногда перебивая рассказ уточняющими вопросами. Альбер рассказал ему о том, как прошел в своей жизни через множество самых разнообразных профессий. О том, как готовился несколько лет к должности смотрителя сверхновой. Об экзамене.
- Экзамен принимала женщина? Это интересно! Это мы пометим отдельно!
Не обращая внимания на его восклицания, Альбер продолжил свой рассказ о неожиданном нападении на исследовательский модуль. О фландрейце и той истории, что случилась с ним почти 3000 лет назад.
- А вот на этом момент хотелось бы поподробнее остановиться. Давай сюда свой квартон, посмотрим вместе еще раз, как вы с этим слизким познакомились.
- Квартоны остались на моем корабле. Я не взял их с собой.
- Ты это не бойся. У нас тут специальный проигрыватель. Целиком осматривать заново ничего не надо. Вводишь ключевые слова, и он тебе находит нужный момент по запросу. Очень удобно.
- Да нет, они, правда, остались на корабле.
Офицер испытующе посмотрел на него своими яркими, как льдинки, голубыми глазами.
- Ладно, продолжай.
Альбер рассказал о Фландрее и расе, которая не могла умереть, как бы ни старалась, о том, как Фонокс уговорил его помочь ему совершить самоубийство, которое, по сути, и нельзя было назвать самоубийством. Рассказал, как залетел в самый центр разделившейся на две половины планеты и, маневрируя между каскадами камней и облаков пыли, смог выключить ядро одним метким электрическим выстрелом. На этом моменте он и впрямь почувствовал гордость за себя.
Все это время красноусый что-то себе помечал. Когда Альбер договорил, он осмотрел его с ног до головы и пришел к заключению:
- Фландрейцы и женщина, женщина и фландрейцы. Фландрейцев я тут, к сожалению, уже не достану. А вот насчет женщин можно будет подумать. Спасибо за рассказ!