Фонокс очнулся на пустыре. Его откачивал какой-то фландреец, которого шар-ассистент позвал на помощь.
Итак, самое мощное оружие во Вселенной себя не оправдало. Может быть, оно и могло уничтожить быстро и безболезненно любое существо во Вселенной, но довести дело до конца с фландрейцем было не способно.
Однако Фонокс не отчаивался. Он чувствовал, что ответ на все его вопросы скрывался где-то в глубине его снов, чувствовал, что в них сможет отыскать свой конец. И вместе с этим «мощным» оружием у него появился отличный способ быстрого погружения в сон. Нажатие одной красной кнопки разрушало его физическое тело, и остатки его атомов соединялись вместе в плотный светящийся шар, внутри которого сознание Фонокса путешествовало по Вселенной.
Он видел, как из газопылевых облаков рождались звезды, планеты и целые галактики, видел, как они рассыпались на части под гнетом неумолимого времени, видел, как галактики расходились по разным углам Вселенной, оставляя после себя одну лишь холодную тьму, видел, как процесс оборачивался вспять и они притягивались друг к другу, чтобы соединиться в одной единственной точке пространства-времени. В этом бесконечном потоке рождений и смертей он пытался отыскать свою роль, свое место, свои начало и конец. И с каждым разом его погружение в сны становилось все более продолжительным.
Внутри время шло невероятно быстро, а снаружи никто не обращал внимание на его отсутствие. Все были слишком увлечены новыми технологиями и развлечениями, которые принесло содружество.
Для того, чтобы не остаться во сне навечно, он соорудил небольшое устройство с таймером на основе урана. Оно будило его каждые пятьсот, тысячу или несколько тысяч лет, выворачивая на него ушат питательного Лимбуса. Один из его тысячелетних снов был особенно ярким.
Он промчался сквозь звездные тоннели и приземлился на неизвестную далекую планету. Что-то странное происходило с его телом. Он не мог ни пошевелиться, ни сделать шаг в сторону. Как будто что-то привязало его к одной точке пространстве. Он видел, как звезда проходила по небосводу с востока на запад каждый день, сотни, тысячи раз, его тело продолжало его не слушаться. Наконец, темной ночью кто-то приземлился возле него на космическом корабле. Он не мог его разглядеть, хотя ощущал что-то знакомое в его действиях. Неизвестный подобрался к нему поближе и вонзил свой острый клинок прямо в его оголенную грудь. Острая боль прошла через все его тело. Незнакомец все рвал и рвал его плоть, вырезая своим клинком на ней какие-то символы. Когда все было кончено, он просто сел в свой корабль и улетел. Больше Фонокс его там никогда не видел. Лишь редкие звери и неизвестные существа подходили к нему время от времени, чтобы пометить свою территорию. Он хотел заговорить с ними, хотел попросить их остаться, скрасить его одиночество. Но ни один из них не задерживался надолго.
Тогда он почувствовал в себе какие-то перемены. Где-то в глубине его неподвижного тела появилось какое-то новое ощущение, точно какое-то инородное тело проникло внутрь и двигалось от его нижних щупалец, поднимаясь все выше и выше. По его телу оно добралось до кончика верхнего щупальца и куда-то исчезло, словно растворилось в пространстве. Он ощутил некоторое облегчение и в то же время пустоту. То саднящее ощущение от его передвижения по его внутренностям было единственным, что делало его живым. А потом он увидел его – маленький фландреец подобрался к его щупальцам.
«Мой сын» - подумал он, и чувство всепоглощающей гордости заполнило все его естество.
Сон прервался спустя тысячу лет, оставив после себя лишь чувство утраты. Он быстро погрузился в новый, нажав на красную кнопку. Но больше свое дитя никогда не видел.
Ему снилась какая-то далекая планета. На ней было много каких-то неизвестных существ. Он таких раньше никогда не встречал. Вместо щупалец у них были какие-то мерзкие прямоугольные конечности, которые сгибались только в нескольких местах. Их тело казалось ему хрупким, как пересохшая ветвь. Эти костлявые неуклюжие существа возились в каких-то пещерах, а потом на огромных платформах затаскивали какие-то огромные блоки на вершину горы. Эта гора как будто целиком состояла из таких блоков.
- Быть этого не может. Он побывал на месте строительства великой пирамиды. Но ведь ее строительство началось намного позже…
Он оглядел себя. Его тело было сковано какой-то непривычной одеждой. Верхние щупальца были обернуты в какие-то продолговатые куски ткани, которые мешали ему ими шевелить. Его нижние щупальца были просунуты в две широкие штанины. Каждое движение в подобном облачении вызывало у него дискомфорт, и все же он двигался и двигался вверх по склону, поднимаясь все выше и выше, практически до самой вершины. Рабочие, казалось, не обращали на него никакого внимания. Наконец, он взобрался наверх и оглянулся назад. Там внизу у подножия расположились многочисленные бараки с рабочими и обслуживающим персоналом. Из многих крыш прорастали серые завитушки из плотного дыма.