- А ты похож, но я чувствую что-то не то. Тут минуту назад шастала какая-то тварь. Я прогнал ее. Скажи как меня зовут и какой наказ ты дал мне, уходя?
- Как тебя зовут, я не помню, голову отшибло, я ж старый лич, а вот наказ следующий - никому не верь и не отдавай филактерию, правильно?
- Верно. Хоть ты и не Пононго, но соображаешь. И еще я мастерски отличу морок от настоящего существа.
С этими словами он развеял иллюзию и направил шквал магических кинжалов в сторону мета, пытающегося украсть сосуд души лича. Уклонившись от магической атаки, метаморф стал поглотителем магии - существом, которое видел когда-то в одном из миров. Метаморфы могли стать кем угодно, принять любую форму, именно поэтому их опасались даже самые могущественные архидемоны. Было забавно наблюдать, как лич-дворф безуспешно сыплет в никуда боевыми заклинаниями и ругается на местном языке, но ничего не может поделать.
- Я выполнил последнее задание, Левиафан, - сказал Вайфарер, протягивая филактерию в виде клыка лигра (гибрида льва и тигра) демону. - Отныне все метаморфы свободны.
- Я признателен тебе, Вайфарер, ты сдержал свое слово, но запомни я - демон и нам нельзя верить. Я щелкаю пальцами и ваш мир прямо сейчас превращается в руины, а твоя душа становится моей...
Через несколько десятков тысяч лет после случившегося меты смогли оправиться от катастрофы и разрушения родной планеты от упавших осколков спутника. Собравшись с силами, они начали войну на истощение с Демониумом и, хоть и не победили в ней, но существенно ослабили. В той кровавой бойне умерло более половины архидемонов, Древо почти сгорело дотла и потом долго восстанавливалось. Нынешние земли, где сейчас правит Терминатус, стали руинами, в которых не хотели селиться даже самые неприхотливые призраки.
Воткнув в метаморфа адамантиевый посох, Левиафан, поглотил его душу и отправился к Древу, которое должно было родить нового архидемона. Его смерть, уничтожение филактерии и сложный кровавый обряд должны были усыпить Пононго и его дружка. Что в принципе и произошло.
- А дальше ты знаешь, - сказал Пононго королеве суккубов. - Ну что, подумала, какую сторону выбрать? Выбрав мою милость ты станешь моей сестрой и я буду относиться к тебе с уважением.
- Что правда? - засомневался Упанга. - Прям сестрой?
- Мы с тобой братья, знаем друг друга с детства, а она будет сестрой - принеси, подай, убери, все как в нашем родном племени, разве это плохо?
- А ну да, не так уж и плохо, - согласился волшебный меч.
- Заманчивое предложение, - сказала Трулез, - но, пожалуй я откажусь. Сражаться с вами бесполезно, поэтому я попробую сделать кое-что и забрать вас с собой.
С этими словами королева суккубов произнесла несколько слов на древнем языке и стала расширяться, подняв руки. Пространство наполнил усиливающийся ультразвук, который у многих существ в округе вызвал разрыв органов слуха. Вокруг усиливающейся ауры демоницы испарялся воздух и камни плавились, а ведь это было лишь начало ее превращения в сверхновую магическую звезду.
- Пононго, ты можешь ее остановить? - забеспокоился Упанга.
- Я не могу даже творить магию рядом с ней, ее потоки перекрывают всю доступную ману. Я даже двинуться не могу. Попробуй перерубить ее что ли?
- Я тоже словно пригвожден к земле. Слова даются с большим трудом. Что делать?
Обладая силой архидемона королева суккубов решила покончить с собой и своими могущественными противниками. Она уже несколько тысяч лет находилась в заточении у Мельхома в посохе и нового, тем более, пожизненного рабства в виде ревенанта Пононго, ей хотелось менее всего. Демоны по природе своей эгоистичны и трусливы. Встретив превосходящую силу, они склоняются. Право сильного для них наивысший закон. Но Трулез не была такой. Несмотря на свою кровожадность и жестокость, она ценила свободу, считая ее высшей ценностью, за которую в случае чего не жалко было и отдать жизнь.
Выброс маны, перерастающий во взрыв ужасной силы, способный нанести тяжелые повреждения даже богам - вот, что хотела сделать демоница. С ее жизнью, так и с жизнью ее многочисленного потомства было покончено. Как и с дворцом Мельхома, который снесло подобно тому, как лавина сносит палатку туриста. Упанга, находящийся в эпицентре расплавился первым. Пононго, который какое то время пытался создать кокон защиты, бросил бесполезные попытки, так как мана в данный момент подчинялась только одному объекту - Трулез, и с достоинством принял распыление на атомы.