Они пошли вниз, к реке. Ночной Хайтабу был прекрасен: над городом расстилалось темное полотнище, сверкающее звездами, и тысячи очагов и свечей мерцали, вторя ему снизу. Город казался дружелюбным, а местность вокруг него — враждебной. Тьма за городом так и кишела невидимыми злобными силами: горы норовили закончиться смертельным обрывом, болота хотели затянуть, леса — сбить с пути; и над всем этим царила бескрайняя пустота, которая словно твердила: если тебе потребуется помощь, ты ее не найдешь. Но все-таки им нужно было туда. Вдалеке Вали услышал волчий вой. В ответ по всему городу забрехали собаки. Их голоса, почти по-человечески жалобные, вселили в Вали желание остаться в Хайтабу, сидеть у спасительного очага, а вовсе не пускаться в путь по неведомым водам.
Но в следующий миг путь им преградил человек. Сначала Вали не придал этому значения, но тот не двигался. Рядом с ним появился еще один, потом третий и четвертый. Вали поглядел мимо них. За их спинами вырисовывались очертания щитов и копий. Должно быть, всего двадцать воинов. Он поглядел на Браги и человека-волка. Посмотрел влево. В переулок шагнул еще один черный силуэт и замер на месте. То же самое справа. Все было ясно без слов. Все трое разом бросились бежать. Они бежали вдоль реки, вверх по невысокому холму, по узкому переулку между домами. Иногда Вали пригибался, проскальзывая под низкими крышами, едва не касающимися друг друга. Он почти ничего не видел и несся вперед в темноте, поскальзываясь на досках тротуаров, вынужденный выбирать между скоростью и безопасностью. Ничего страшного. Если он не видит в темноте, то и его преследователи тоже.
Мимо проносились, мелькая в дверных проемах, огни свечей и очагов, золотые всполохи в темноте, а в следующее мгновение слева возник какой-то свет совершенно другого оттенка — серебристая полоска сверкнула и исчезла, словно меч, выхваченный из ножен в темноте. Вода!
— Сюда! — позвал он, надеясь, что Браги и Фейлег не отстали.
Они взбежали по склону холма, поскальзываясь на досках, но на их пути снова возникли темные силуэты. Вали развернулся, чтобы опять бежать вниз, но путь был отрезан, и не воинами, а земляным валом. Город был защищен земляными стенами. Они были окружены со всех сторон. Темные силуэты не приближались к ним, держась на расстоянии.
Браги зашептал ему на ухо:
— Приготовься занять свое место рядом с предками в чертогах Одина!
— Я еще никого из них не просил занять для меня место, — возразил Вали. Вокруг них было полно народу, некоторые подходили с факелами. Это благородные люди, он ясно видел. Некоторые — с копьями, но многие и с мечами, один держал меч наготове. Если и представится случай изобразить князя, то только сейчас!
Он расправил плечи и двинулся навстречу толпе.
— Подумать только, я принял вас за разбойников! С чего это вы бродите в темноте?
— Мы служим Хеммингу, конунгу Дании, могущественному правителю, который владеет несметным множеством кораблей, — произнес кто-то.
— Наконец-то вы пришли! Конунг Хемминг не спешил приветствовать меня, и я уже собирался подняться обратно на корабль. Честное слово, я решил, что быстрее окажусь за пиршественным столом отца, проделав вместе со скумбрией десятидневный путь до Хордаланда, чем дождусь датского гостеприимства. — Вали старался говорить так, как полагается князю, чтобы и с ним обращались соответственно.
В ответ зазвучали голоса:
— Мы просим прощения за задержку. Конунг не живет в городе, ему не сразу сообщили о твоем прибытии. Нам так же стыдно, как Гейрроду, когда он не захотел поднести меда Одину.
— Разве Гейррод не напоролся на собственный меч? — пробурчал себе под нос Браги.
— Ваши слова сладки, словно яблоки Идунн, — проговорил Вали. — Приветствуем вас, воины Хемминга, храбрые даны, сыновья чести.
Вали стоял лицом к лицу с тем человеком, который первым преградил ему путь. Воин был очень богато одет, золотая брошь мерцала в темноте не хуже свечи, на поясе висел отличный меч в отделанных каменьями ножнах. Воин был высокий и стройный, судя по его выправке, прославленный боец.
— Я Скарди, сын Хрольфа, — объявил он, — доверенный советник Хемминга Великого, врага франков и защитника данов, который получает дань с восьми королевств, чья слава будет длиться, пока боги не уничтожат наши земли.
— Я Вали, сын Аудуна Безжалостного, Бича Севера, самого грозного воина Мидгарда. Я воспитанник Двоеборода, конунга ригиров, чье имя славится по всему свету.