Вали покосился влево. Браги держал волкодлака за руку и что-то нашептывал ему в ухо. Глаза Фейлега сделались дикими, как тогда, на невольничьем рынке, он явно рвался в драку. Вали вспомнил, какого мнения он был о берсеркерах, когда впервые увидел их в деле, и сам удивился, как сумел оказаться в компании этого человека, по сравнению с которым последователи Одина казались образчиками сдержанности.
— Прошу простить моего спутника, — заговорил Вали. — Он всего лишь старается защитить меня на чужбине.
Скарди поджал губы.
— Скажи ему, что с дружиной будет справиться потруднее, чем с каким-то работорговцем. Мои воины так раскормили орлов, что те уже и не летают.
Очевидно, новость о гибели работорговца дошла до ушей Хемминга. Выбора не было — оставалось лишь следовать изначальному плану. Сколько времени пройдет, пока придут вести из Рогаланда? Самое большее — месяц, а скорее, и того меньше. Если Хемминг задержит их надолго, судьба их будет весьма незавидной.
— Что ж, при нас эти птицы будут голодать, — пообещал Вали. — Мы пришли с миром, с добрыми словами и поклоном для прославленного правителя.
— В таком случае, добро пожаловать, друзья. Позвольте сопроводить вас в дом нашего конунга.
Вали со Скарди обнялись, и это вроде бы успокоило Фейлега.
— У нас в устье реки стоит корабль. Не окажете ли вы честь подняться на борт… — проговорил Скарди.
Вали понимал, что отказаться от подобного гостеприимного предложения просто невозможно. Они двинулись по темным улицам к реке. Вали увидел, что их сопровождает не меньше сорока человек. Значит, он пленник, в том нет никаких сомнений.
— Ты прибыл на рыбацкой лодке, князь. Странное судно для наследника конунга. Неужели у Двоеборода не нашлось для тебя драккара?
— Друг мой, — отвечал Вали, — мы потерпели кораблекрушение у Широких островов. Шторм налетел так внезапно, словно сотворенный шаманами Хаарика. Все наши дары для конунга пропали, но у нас столь важное дело, что мы решили продолжать путь.
Вали понимал, что казаться слабым опасно. Настоящий мужчина плюнул бы на шторм и благополучно причалил к берегу, во всяком случае, так утверждают скальды. С другой стороны, Вали слышал множество легенд, в которых герои тонули, хотя и не в прибрежных водах.
Скарди задумался.
— И в чем же цель вашего визита?
— Ну разумеется, переговоры о мире, о мире, друг. Двоебород с моим отцом уже готовят восемьдесят драккаров, чтобы обрушить меч на голову Хаарика. Когда пламя войны запылает, погасить его будет уже не так просто, и оно перекинется на соседние земли. Я хочу, чтобы ваш конунг дал честное слово, что не помешает нам свершить праведную месть и устроить потеху нашим мечам в доме Хаарика.
Вали проявил слабость, рассказав о шторме, теперь он старался вернуть уважение к себе разговорами о войне.
Скарди коротко кивнул, ничем не выдав своих истинных чувств.
— Наш драккар ждет, — сказал он.
Глава 29
БУБЕН
Все ниже, ниже, ниже. Не сопротивляться, просто падать камнем вниз. Адисла хотела утонуть, но не могла этого сделать. Она слишком хорошо плавала, и тело твердо вознамерилось остаться в живых, пусть даже в такой холодной воде.
С корабля слышались крики, парус откинули, воины указывали на нее и что-то кричали сквозь завесу дождя. Человек в четырехугольной шапке был здесь же, стоял с бубном в руке. А потом он принялся бить в него и петь.
Адисла хотела отплыть от корабля, однако инстинкт самосохранения был слишком силен, и она просто висела в воде, шевеля ногами и мечтая о том, чтобы тело само ушло вниз. Юбки напитались водой и отяжелели, они душили Адислу, забирая последние силы.
— Фрейя, возьми меня! Забери меня, Фрейя!
Она потеряла из виду драккар, потом и вовсе перестала видеть что-либо и поняла, что тонет. Она все еще пыталась вдохнуть, но воздуха не было. В следующий миг она бешено забилась, пытаясь всплыть на поверхность, отчаянно мечтая о воздухе, и ее тело действовало, подчиняясь инстинктам, а не разуму. Но воздуха Адисла не получила. Казалось, великанья лапа держит ее под водой, заталкивает в темноту, и в сопротивлении нет никакого смысла, хотя она еще тянет руки к свету. Легкие были готовы разорваться, и Адисла снова невольно вдохнула.
А в следующий миг ее охватило умиротворение, она увидела свет и начала грезить наяву. Ей показалось, что она снова с Вали у фьорда, стоит солнечный летний день, они смеются. Свет ослабел и потускнел, и Адисла поняла, что находится вовсе не под небом, а в пещере, пол которой затоплен водой. В пещере было нечто, какое-то присутствие, надвигающееся из темноты. Бесформенная, лишенная личности масса облепила ее, но когда она присмотрелась, рядом снова оказался Вали, и он сказал: «Подожди меня, я тебя найду. Я уже ищу».