В читальном зале послышалось шуршание невидимых страниц, затем глухой короткий удар, как будто захлопнули книгу. Из-за угла высунулась аккуратная голова библиотекарши.
– Руслан? – удивлённо проговорила она. – Вы пришли? Ах, простите за бестактность в прошлый раз. Вы меня совершенно неверно поняли, – женщина двинулась ко мне плавно, точно вскользь, волоча подол длинной клетчатой юбки по полу. Абсолютно бесшумно. Никаких шагов, цокота каблуков, шарканья мягкой подошвы тапочек или носков. Как я не заметил этого вчера?
– Ульяна Владимировна, я вас не отвлекаю? Вы можете уделить мне буквально несколько минут? Мне нужно поговорить с вами. О Кирилле.
– О, конечно, – взгляд её стал обеспокоенным и тёмным, – проходи, дорогой. Я просто листала книгу. От скуки.
Я проследовал за ней.
В помещении сгустился холодный мрак, разгоняемый лишь теплым светом настольного светильника. Ульяна устроилась в кресле, жестом пригласила меня занять стул напротив. Я сел на самый край, нервно теребя рукава, и уставился на терпеливо поджавшую губы женщину, не зная, как начать столь необычный разговор.
– Если все, что я скажу, покажется вам максимально странным, вызовите для меня, пожалуйста, соответствующих врачей.
Ульяна хохотнула, как мне показалось, с облегчением, снисходительно что ли:
– Начало интересное.
– Скажите, Кирилл рассказывал... Ему виделось когда-нибудь... – я чувствовал себя полным идиотом. – Что-то странное?.. Говорил ли он о каких-либо необычных вещах?
Библиотекарша пристроила на коленях беспокойные пальцы и задумчиво уставилась в пол.
– Ну... Можно и так сказать.
Я выдохнул. Оказывается, все то время, что она раздумывала над ответом, я не дышал.
– И... Чем же он с вами делился?
– Жаль, что я не согрела чаю, – вдруг выдала Ульяна Владимировна. – Может быть, я схожу за ним сейчас? – она попыталась встать, но я, схватив худую прохладную ладонь, удержал её.
Внимательно посмотрев в выцветшие глаза, я повторил вопрос более настойчиво:
– Расскажите мне. Что он вам говорил?
Женщина тяжело вздохнула и вновь присела на скрипнувшее кресло.
– Я даже и не знаю, с чего начать.
– Это мне еще как знакомо, – кивнул я. Теперь пришёл мой черёд улыбнуться.
– Твой брат... Я уже сказала тебе в прошлый раз, что Кирилл был необычным мальчиком.
Я закатил глаза. Всё, что затрагивало дебильную инфантильность Кири, бесило меня с пол оборота.
– Это совсем не то, что ты себе представляешь, Руслан. Не нужно думать об этом как о каком-то отклонении или о слабости. Нет, это совсем иное. Понимаешь, каждое поколение, каждое время хранит в себе уникальный опыт, знания, чувства. Совершенно неповторимые в будущем. Кирилл – особенный человек. Ему выпала... Да, не побоюсь этого слова, честь сохранить память о времени вашего с ним детства. А ещё о детстве тысяч мальчишек и девчонок, выросших одновременно с вами.
– Не пойму пока, к чему вы клоните.
– Исчезающие вещи? Из-за этого ты пришёл? Квартира пустеет на глазах, да?
– Да... – я удивлённо моргнул, не ожидая такого резкого перехода.
– Кирилл забирает с собой то, что было для него дорого в детстве. Забирает, чтобы сохранить навечно.
– Не понимаю, – я подался вперед, сверля свою собеседницу глазами.
– Твой брат не умер. Он изменился. В сентябре он рассказал мне, что воспоминаний в его голове становится все меньше. Они истончались, блекли. Каждый день он терял по зернышку памяти. И ему пришлось действовать, чтобы сохранить как можно больше.
Во рту внезапно пересохло.
– Что вы...
– Пойми, он не выбирал своюсудьбу. Он таким родился. Он просто выполнил свой долг.
– Вы... Вы в секте какой состояли вдвоём? – еле ворочая языком, просипел я.
– Ну что ты, милый. Совсем нет.
– Вы говорите про тот свет, все дела?..
– Тоже нет. Ты можешь увидеться с Кириллом. Не сейчас, но очень скоро.