Потом. У нас все еще есть время.
Успокоившись, я сама отправилась под душ, проторчав под ним не меньше часа, должно быть. А потом вернулась в казарму и легла на соседнюю с Риком кровать. Но уснуть не могла еще долго, вспоминая сегодняшний день и едва сдерживая дрожь от мысли, что напавшие могли уничтожить лагерь. Что бы тогда стало с нами? Нас ждало бы мучительное умирание… И нам с Риком безумно повезло спастись и обрести убежище, которое куда лучше его пещеры в скалах. Бесконечный – для нас двоих – запас еды и воды, доступ к ресурсам, и никого, кто мог бы нам помешать.
Выжил ли кто-нибудь еще? Если да – то завтра обязательно вернутся в лагерь. Есть ли смысл пытаться их найти? Если бы речь шла о Налиа, я бы попробовала. Но что до других… если кто придет – здесь можно ужиться всем. Но себе я могла признаться – не хочу, чтобы кто-то пришел. Возможно, чужое общество будет полезно для социализации Рика, но я не хотела, чтобы он общался с другими осужденными
Да, эгоистично с моей стороны, но я хотела оставить все, как есть.
Первым делом утром я спросила у Рика, как он себя чувствует. Меня беспокоило, не болит ли у него живот, но, судя по всему, обилие еды не пошло ему во вред. И я взялась приучать мальчишку к цивилизованной жизни.
Умывание и туалет по утрам; завтрак, обед и ужин – все еще небольшими порциями и в ограниченном ассортименте; вечерний душ и засыпание на чистой постели.
Рику нравилось не все. Он привык бережно относиться к воде, а потому с трудом мирился со столь щедрым ее расходованием. Его, полуголодного, огорчала невозможность доедать всю имеющуюся еду, но он смирялся с такой необходимостью, доверяя мне. И сон на кровати казался ему, привыкшему спать на камнях, чем-то неудобным.
Хотя валяться на постели ему безумно нравилось.
Еще одно неудобство, с которым он едва мирился – необходимость носить одежду. Я настояла на этом, и весьма кстати оказалось возможность создавать одежду по меркам. Правда, только рабочую форму – красную тюремную и черную надзирательскую. Я настолько устала от красного цвета, что с Риком мы ходили в черном.
Никто больше так и не появился в лагере, и он остался в нашем полном распоряжении. Изучали мы возможности, которые давал административный корпус, вместе, и если поначалу у меня получалось немного лучше, то со временем Рик начал разбираться в сложной технике лучше меня.
По первости я старалась дозировать информацию, которую получал Рик. Я опасалась за него, не привыкшего к такому ее обилию. Но мальчик на удивление легко приспособился к новому существованию, впитывая все новое, как губка. Ничего удивительного, что его любимым местом в лагере стала библиотека.
Лагерь охраны предлагал большое количество занятий для досуга. Тренажеры для спорта и обучения боевым навыкам, кино и книги, интерактивные игры и симуляторы – все, что душе угодно. Правда, не со всем нам удалось разобраться сразу, но книги здесь были в свободном доступе, так что с ними Рик познакомился очень быстро. И увлекся, завороженный тем, что можно читать то, что написал кто-то другой, кого он даже никогда не видел. Прежде он читал написанное только мной и им самим. Поначалу ему даже не верилось, что буквы могут быть такими ровными и одинаковыми, а затем я показала ему, как печатать на местных компьютерах, и он убедился, что так может получаться даже у него.
К сожалению, детских книг на базе не оказалось, но зато мы нашли художественные из раздела классических, развивающие и научно-популярные. Самое то для ребенка, который обожает учиться.
Рик зачитывался книгами, пока я не нашла, где в библиотеке спрятаны фильмы. В империи они тоже имелись, хотя являлись трехмерными и частично интерактивными. Немного от них отличались игры – с эффектом присутствия, но в основном шутеры или тренажеры вождения различной техники. Не удивительно, в охрану наверняка берут солдат, и они поддерживают свои навыки.
Потом мы нашли и другие игры. Охранницы использовали их как симуляторы свиданий, но мне удалось настроить их на имитацию общения. Рик смотрел фильмы, обучался способам взаимодействия между людьми и использовал их в тренажерах. Возможно, это не могло полностью заменить живого общения, но позволяло мальчишке приобрести необходимые навыки.