Других способов обзавестись средствами к существованию мы так и не придумали. К сожалению, продажа тагерсов, как мы выяснили, была исключительно государственным делом, и рисковать мы не могли.
Рик предлагал сделать свою историю резонансной, чтобы его дядя не смог по-тихому избавиться от нежелательного племянника. Но это был план на крайний, совсем уж безнадежный случай. Уж больно рискованно. Рик еще маленький, союзников у него нет, а если уж Ральден брата не пожалел, то племянника и подавно устранит. А меня огласка приведет обратно на каторгу, ведь я остаюсь осужденной. Хотя, если моя история дойдет до императора, может, приговор и отменят. Но для этого Рик должен стать во главе своего рода. Чего постарается не допустить его дядя.
Как же мне не хотелось в большой мир со всеми его проблемами. И почему нельзя жить где-нибудь тихо и мирно?
Не только мне не хотелось улетать. Как бы то ни было, эта планета – родная для Рика. Здесь он родился и вырос, здесь был по-своему счастлив. А впереди нас ждала неизвестность, ни он, ни я никогда не жили в империи. Мы вместе изучали ее по книгам и фильмам, но будет ли этого достаточно, мы не знали.
В последний раз мы прошлись по базе, прощаясь с ней, изученной от и до. И напоследок решили заглянуть на мой рабочий участок, где не появлялись почти год. Я не успела соскучится по этому месту – не думаю, что вообще буду скучать по Лирану. Но Рик провел на нем практически всю жизнь, и захотел посмотреть на него в последний раз.
Странно было идти по ущелью в форме охраны. Бывали ли охранницы здесь хоть раз? Год прошел, а я прекрасно помню дорогу, по которой ходила ежедневно целых семь лет.
Я не удержалась, остановилась, увидев на скале ущелья следы кирки. Здесь на меня хотели напасть, но я оказалась быстрее и в драке завоевала свою независимость. А потом сумела отвертеться от наказания. Я подавила вздох. Не будь у меня Рика, я бы не справилась.
Он не сразу заметил, что я остановилась, и удивленно обернулся. Рик проходил этой дорогой лишь однажды, и явно не был уверен, что сумеет найти правильный путь.
У меня такой проблемы не было, и я уверенно повела его на наш участок. И невольно вспоминала, как протаскивала сюда воду и еду для малыша, прячущегося в скалах. Ждущего меня. Только его ожидание и помогло мне продержаться так долго.
Мы добрались до места. Начало участка – полностью выработаны, на скалах, сплошь испещренных ударами кирки, лишь редкие вкрапления тагерсов. Мне не нужно заходить дальше, чтобы знать, как далеко тянутся выработанные скалы. Но Рик, как завороженный, идет вперед, вертит головой, его губы шевелятся, будто он собирается, но не может заговорить. Мы добрались до пещеры, где прошло его детство.
- Она такая крохотная, - удивленно осматривается Рик.
От нашего прудика ничего не осталось – вода давно испарилась, а камни высохли. Импровизированная постель Рика покрылась пылью, и больше ничто не напоминало о том, что здесь кто-то жил.
- Ты подрос, - я вздохнула.
Для меня это место осталось прежним.
- Я и правда жил здесь? – Рик взглянул на меня, обнимая себя руками. - Мне казалось, она больше…
- Тебе было не с чем сравнивать, - тихо ответила я.
Рик поджал губы, обводя взглядом свое старое пристанище. Должно быть, он думал о том, кто обрек его на существование здесь. Или о том, чего он был лишен. Я не стала спрашивать.
- Идем отсюда, - попросил он.
И мы отправились в обратный путь. Покидая участок навсегда, я ничуть не огорчалась, что никогда сюда не вернусь.
Надеюсь, тем, кто будет отбывать здесь наказание в последующем, создадут более комфортные условия. Пусть убийцы и бандиты, но они – тоже люди, и достойны человеческого отношения.
Значительно позже, устроившись в кресле пилота, Рик вдруг сказал:
- Я рад, что мы покидаем это место.
- Оно всегда было тебе мало.
- У нас ведь все получится?
Я улыбнулась:
- Конечно, Рики.
Даже если первый полет Рика нас угробит – думаю, это будет не худшая смерть. Быстрая и безболезненная.
Он кивнул и включил двигатели.