– Ну, тебе не впервой. – Сара подмигнула подруге, но потом, положив нож и вилку и отодвинув тарелку, сказала: – Лора, моя дорогая, любимая, забавная, смышленая и уже совсем вышедшая из ума Лора. Тебе достался прекрасный и большой дом, полный сокровищ, включая привлекательного садовника. Энтони любил тебя как дочь и доверил тебе все, чем дорожил, и вместо того, чтобы радоваться и «вертеться колесом», ты сидишь и жалуешься. Он верил в тебя, и я всегда верила в тебя. Ты прячешься не от Солнышка, ты прячешься от всех. Пора завязывать с прятками и дать неприятностям ответный пинок. И не важно, что люди об этом подумают, – добавила она на всякий случай.
Лора сделала пару глотков диетической колы. Сара ее не убедила. И она ужасно боялась разочаровать еще одного человека, который ее любит.
Сара посмотрела на озабоченное лицо лучшей подруги. Она протянула руку и положила ее на руку Лоры. Пришло время для немного запоздалой горькой правды.
– Лора, тебе придется отпустить прошлое. Ты заслуживаешь того, чтобы быть счастливой, но ты сама должна осчастливить себя. Это в твоих руках. Тебе было семнадцать, когда ты повстречала Винса, но сейчас ты взрослая женщина, так что начни вести себя соответствующим образом. Хватит наказывать себя за то, что сделала тогда, но и не используй это как оправдание теперешней жизни. У тебя появилась возможность начать новую, замечательную жизнь. Так хватай ее за яйца, и побыстрее.
Сара откинулась на спинку диванчика, чтобы посмотреть, какой эффект возымели ее слова. Она была единственным человеком в мире, кто мог так говорить с Лорой – и говорил. Она была серьезно настроена докопаться до женщины, которая, Сара знала это, все еще в ней прячется. И вытащить ее. Силой, если потребуется.
– Ты ведь понимаешь, что мы тогда все были по уши влюблены в Винса?
Лора недоверчиво посмотрела на нее.
– Серьезно. Не только ты. Он же был красавцем, ездил на шикарной машине и курил «Собрание». О ком еще можно было мечтать? Мы все считали, что он просто воплощенная сексуальность и что нам не повезло, раз он выбрал тебя.
Лора улыбнулась.
– Ты всегда была невыносимой всезнайкой.
– Да. Но я ведь права, не так ли? Ну же, Лора! Ты способна на большее! Когда ты превратилась в такую зануду? Такая возможность выпадает раз в жизни! Просто потрясающая возможность в двадцать четыре карата! О таком большинство может только мечтать. Если ты струсишь, я тебе этого никогда не прощу. Но важнее то, что ты себе этого никогда не простишь.
Сара подняла бокал и произнесла тост.
– А касательно того, что это – сумасшествие, так это как раз твой вариант. Ты всегда была полоумной!
Лора улыбнулась. Сара называла ее так еще в школе, когда жизнь была интересной и перед ними открывалась масса возможностей.
– Ах ты задница! – пробормотала она.
– Что ты сказала? – Даже всегда невозмутимая Сара немного удивилась.
Лора ухмыльнулась:
– Это я сама себе, не тебе.
– Я так и подумала. – Сара ухмыльнулась в ответ.
До Лоры постепенно доходило, что ее жизнь все еще была интересной и у нее множество возможностей – возможностей, о которых она столько лет мечтала. Ей многое придется наверстать.
– А что насчет Солнышка? – спросила она. – Посоветуешь что-нибудь?
– Поговори с ней. У нее синдром Дауна, она не дурочка. Расскажи, что ты чувствуешь. А потом – что на самом деле произошло на свидании. Если ты не расскажешь об этом Фредди, то, я уверена, расскажет она.
Лора отрицательно помотала головой.
– Слышала, что он сказал, когда ты предположила, чем мы занимались в кладовой? Ни в коем случае.
– Ой, Лора! Ты иногда так тупишь.
Лора воздержалась от того, чтобы воткнуть вилку ей в руку.
– Помнишь Николаса Баркера из школы для мальчиков?
Лора вспомнила высокого парня с веснушками, сильными руками и в поношенной обуви.
– Он всегда дергал меня за косички в автобусе или делал вид, что меня вообще нет.
Сара широко улыбнулась.
– Он стеснялся. А делал он это потому, что ты ему нравилась!
Лора тяжело вздохнула:
– Господи! Только не говори, что мы недалеко ушли от тех пятиклашек.
– Говори за себя. Но я считаю, что тебе любым способом нужно сократить огромное расстояние между вами. Особенно если тебе нравится Фредди так же сильно, как ты ему. А теперь я закажу пудинг!