Она улыбалась и смотрела на меня хищно. Красивая, спору нет. Из тех женщин, при виде которых мужчины забывают, зачем вообще пришли. Меня это сразу насторожило.
— Что ты так орёшь? Никакого покоя, даже в посмертии, — отозвалась Клементина медовым голоском.
Обитатель: Клементина.
Класс: обитатель.
Статус: авторизация выполнена.
Уровень угрозы для носителя: отсутствует.
Особая способность: очарование.
Я сглотнул.
Час от часу не легче. Флиртовать я не любитель, мне с живыми-то некогда, не то что с покойницами.
Зато на третьей строке окна взгляд мой задержался. Авторизация выполнена. Значит, больше эта призрачная дама прятаться от меня не сможет.
Я перевёл взгляд на трещину в потолке и решил пореже смотреть в её сторону.
— Эльза, можно тебя на минуточку, — подозвал я графиню.
— Да? — шёпотом отозвалась она.
— Как именно она очаровывает?
— Только мужчин, — ответила Эльза недостаточно тихо, так что Клементина наверняка всё расслышала. — Причём ей надо обязательно смотреть в глаза. Но действует это лишь в том случае, если она мужчине нравится. Ещё не было такого, чтобы кто-то не поддался на её чары.
Графиня улыбнулась, довольная произведённым впечатлением.
Значит, стоит ей мне понравиться, и я поплыл. Прекрасные новости. Я уставился на розу за её ухом. Лишь бы не в глаза.
— Да, мужчины нынче распутные, — Генрих Карлович стыдливо отвёл взгляд к окну. — Я и сам при жизни поддавался раз десять.
— Десять? — Эльза приподняла бровь. — Я следила и со счёта сбилась куда раньше.
Генрих не врал, а значит, и правда точного числа не помнил.
— Это к делу не относится, — полицмейстер кашлянул и расправил несуществующую складку на кителе.
Я едва сдержал усмешку. Весь его вид кричал о порядке и уставе, а на деле минимум десять капитуляций перед соблазнительницей.
— Так, а теперь объясните мне, при чём здесь Клементина и сердце замка, — потребовал я.
— Всё просто, — Генрих Карлович подплыл ближе. — Оно у неё.
— Так в чём проблема? — захлопала глазами Альбина.
— Так просто она его не отдаст, — ответил полицмейстер таким тоном, будто это очевидно любому.
Ну конечно. В этом замке ничего не даётся даром.
Я уже усвоил главное правило этого места: мёртвые пальцем не шевелят без выгоды, зато у каждого есть слабое место. У Конрада музыка, у Генриха служебный азарт. Чего хотела Клементина, я пока не знал, но собирался выяснить.
Альбина первой решила взять дело в свои руки. И правильно: она женщина, чары на неё не действуют, пусть пробует. К тому же со стороны было даже любопытно, что из этого выйдет.
Она подошла к кровати, села на край и заговорила с призраком запросто, без подступов.
— Клементина, давай для начала познакомимся. Меня зовут Альбина, я помощница нового хозяина замка. Его зовут Виктор Александрович. Он хочет сохранить это великое наследие. А чтобы вы все выжили, нам нужно сердце замка, которое находится у тебя.
Клементина тихо рассмеялась и подсела к Альбине поближе.
— Какая ты бойкая, — протянула куртизанка, разглядывая её. — И меня совсем не боишься. Давно мне не было так любопытно.
— А чего вас бояться, — Альбина пожала плечами. — Вы же вроде не кусаетесь.
— Это смотря кто просит, — Клементина улыбнулась шире. — Я работала куртизанкой. Умерла в девятнадцатом веке прямо в этой кровати.
— О-о! — Альбина вскочила с края кровати так, будто села на гвоздь.
Помощница у меня во многом бесстрашная, вон самих призраков не боялась, но всему есть предел. Делить простыни с покойной куртизанкой в её планы явно не входило.
Улыбка с лица Клементины сошла мгновенно.
— И жизнь научила меня одному. Если есть возможность получить выгоду, упускать её не стоит, — она помолчала, провела пальцем по складке простыни. — Так уж вышло, что в этот раз сердце замка выбрало мою комнату. Поэтому просто так я вам его не отдам.
Закончив, она снова натянула улыбку, скорее зловещую, чем приветливую.
Вот и торг.
Голос у неё был как тёплый мёд, а глаза холодные и цепкие. С такими нельзя давить в лоб и нельзя умолять: они чуют слабость за версту. Нужно показать, что козырь на самом деле у меня.
Вчера козыря не было. Из комнаты призрака не вынесешь, санкций для мёртвых у меня не значилось. Не значилось ровно до сегодняшней прогулки по этому коридору.
— Чего ты хочешь, Клементина? — я шагнул ближе, глядя на розу. — На тот свет?