- Впусти меня, позволь мне стать тобой, и я приведу тебя к силе, я подарю тебе весь мир. Посмотри на меня...
Черные глаза затягивали в себя, заставляли слушать. Я чувствовала себя легкой и невесомой, словно птица в небе. Чувствовала, что стала маленькой каплей в большом океане... мне хотелось подчиняться. Не хотелось думать. Ведь он прав. Власть и сила - все, что нужно для счастья. Что мне люди? Они слабы, всего лишь пешки. Они должны подчиняться таким, как я.
- Вместе мы перевернем мир. Мы будем править. Для тебя больше не будет преград... что тебе они? Я буду для тебя всем, - он склонился и мягко прикоснулся губами к моим губам. Я послушно запустила руку в его волосы. Я скажу да... я скажу...
- Нет! - я резко оттолкнула его от себя и бросилась к зеркалам.
- Ты все равно будешь моей!
Азар схватил меня за волосы и изо всей силы бросил на зеркало. Я больно ударилось головой; от вмятины во все стороны побежали трещины. Шипя, сползла вниз и схватилась за голову. Волосы были мокрыми от теплой крови - плохо дело.
- Мне даже не нужно твое согласие.
Я опустила руку и попыталась отползти назад, подальше от приближающегося Азара. Но отступать некуда.
***
- Тик-так, дорогая, - елейно протянул он, и вдруг его улыбка развеялась, сменившись оскалом. Азар нагнулся и откинул мою голову, намотав на руку прядь волос. Я зашипела от боли, ненависти и бессилия. - Если будешь хорошей девочкой, то примешь верное решение. Я предлагаю тебе силу и власть. Тебе придется лишь выбрать правильную сторону...
- Твою! - гневно рыкнула я. - Ты не предлагаешь мне выбор! Ты угрожаешь!
- Выбери сторону, Арианна. Кого ты защищаешь? Родных? Любимых? Или этих жалких вульгаров? - Он сощурился и, помедлив, скривился. - Думай, думай, Арианна! Если откажешься, я отберу у тебя всё! А чтобы не помышляла, что я забавляюсь, так и быть, сохраню твою подружку. Ее жизнь достаточная для тебя мотивация? Начну с других... а ты пока посидишь тут!
Чистый яд разливался в его словах. Азар вдруг резко отпустил мои волосы и, шагнув вбок, растворился в зеркале. Я осталась наедине с тысячью собственных отражений, ничего и никого больше. И если раньше обрадовалась бы этому, то сейчас все внутри сжалось от дурного предчувствия. Цепляясь за зеркало, тяжело дыша, я поднялась на дрожащих ногах, пытаясь вызвать его... дозваться...
-Азар! - крикнула я, осознав его слова в полной мере. Он убьет кого-то! Убьет, чтобы получить меня! Он будет убивать людей снова и снова, но я не могла отдать ему сестру! Пусть порой она такая стерва, но мы связаны кровью! - Ты не получишь Ханну! Забери меня лучше! Верни Тиару! - вырвалось у меня.
Крик эхом пробежался по зеркальной комнате. Я поворачивалась, до боли всматриваясь в зеркала, надеясь отыскать его, поговорить... Выкупить чужие жизни, если потребуется!
Он хочет меня... Не их! Так пусть забирает и успокоится!
Но комната осталась глуха к моим просьбам. Я покусала губы и, выдохнув, ухватилась за раму зеркала. Надо выбраться отсюда! Кого-то предупредить! Рассказать Лиару, обратиться к Веруду, потому что это не шутки! Азар примется за моих друзей и близких, я знала это! Чувствовала, что он не шутил, что он способен это сделать!
Но комната стала моей ловушкой. Я трясла рамы, била ладонями... и все же, когда одно из зеркал позади меня вдруг взорвалось сверкающими осколками, не я стала этому причиной!
Я резко обернулась, прижавшись спиной к зеркальной поверхности. Мое сердце гулко билось в груди, сильно болела голова. Быстро нагнувшись, схватила крупный осколок с пола и выставила его навстречу шагнувшей в образовавшийся проем темной фигуре...
______ Продолжение будет 23-25 сентября.
***
В детстве зеркала пугали меня. Это было необъяснимое чувство чужого присутствия, чувство, что за мной кто-то следит. Следит и ждет, когда оступлюсь.
Тот, кто наблюдал за мной, вызывал не чувство опасности. А чувство страха перед неизбежным. Я знала, что мы однажды встретимся. Мои детские кошмары стали реальностью.
Но вряд ли Азар явился, разбив зеркало; зеркала - его жизнь. Скорее, явились его прихлебатели, последователи, которые из века в век уничтожали таких, как я! Моя рука подрагивала, я тяжело дышала, но старалась сохранять сосредоточенность. «Страх - враг жизни», так любил говорить отец.
На лице врага была маска, скрывающая черты, но Братство обожало маски, это вполне в их духе. Едва ли им удалось бы так безнаказанно прославлять Хранителя, что утопил мир в крови, если бы они являлись всем подряд открыто.