Я глубоко вдохнула, избавляясь от внезапной мысли, так настойчиво ввинчивающейся в голову.
- Что здесь Веруд делает? - с досадой прошептала я, но Кай услышал. Он удивленно оглянулся на Ардиана, нахмурился и пожал плечами.
- Может, за документами в Храм пришел...
- В Храм? Он что... стоп, только не говори, что он на Стража учится, - простонала я, внезапно вспомнив, что, таки, учится. - Имею в виду, какой из него Страж?
- Да он там не бывает почти! Говорят, всего одну тренировку посетил после взбучки от мастера, уложил мастера на обе лопатки и загадочно испарился. В этом весь Ард, творит, что заблагорассудится...
Ну хоть так, надеюсь, в Храме не придется с Ардианом встречаться! Это было бы совсем некстати. Я прослушала последние слова Кая - больше внимания уделяя Ардиану, который внезапно усмехнулся и направился к нам уверенной походкой.
- Вот шакс, - поморщилась я, гадая, как бы улизнуть. Не то чтобы Веруд меня так напрягал...
Хотя нет. Напрягал. Сильно.
Он творил что-то непонятное со мной. Рядом с ним я чувствовала себя, как птица рядом с прекрасным, но опаснейшим хищником. А может, словно рядом с огнем: можно любоваться, но коснись пламени - и сгоришь.
Одним словом, я собиралась позорно сбежать.
- Сегодня же съезд? Я, пожалуй, загляну... ты передай Ханне, что я в Зале Собраний ее жду, ладно? - Я ткнула пальцем в сторону позолоченной двери, улыбнулась на прощание Каю и скользнула в сторону двери.
Оставляя Ардиана Веруда - который слишком часто стал на дороге встречаться! - наедине с Каем и собственной харизмой.
***
Съезд Леоры проводился каждый год, и каждый год скандалов вокруг него становилось все больше. Сенаторы выбирались из ашеров, Веруды, как верховные, так вовсе должность наследовали, - но вульгарам тоже давали слово. Теоритически.
На самом деле, регионы, где большая часть населения состояла из вульгаров, участвовали в принятии решений, но никогда не решали.
И разумеется, не были этим довольны.
Вообще-то, съезд считается открытым, но закрыт Сенат - поэтому лишних ушей здесь почти не было.
Ну а теперь будут.
Я тихо пробралась на свободное место и села. То, что творилось снаружи, не шло ни в какое сравнение с тем, что происходило на самом съезде.
- Способна ли Столица на решительные действия? Мы ждем месяцами помощи, в то время как наши маги сражаются и погибают в Одичалых Землях во имя непонятных целей! - наместник Агатола говорил уверенно, яростно и убежденно. Его слова находили отклик, судя по всему. - Мир меняется. Магия уходит, а магов становится все меньше. Если Сенат не обладает мощью и способностью контролировать мир... я выношу на обсуждение вопрос недоверия и независимости!
Шум, крики, гнев и ярость... я вжалась в спинку кресла: слишком много ярких эмоций. Восемь трибун, окружавших трибуну Совета, взорвались воплями, в которых едва ли можно было разобрать хоть несколько слов. На краткий миг мне показалось, что эти люди в мантиях раздерут друг друга на мелкие клочки, но помешало расстояние между трибунами и сенаторы.
- Хватит! - Главный сенатор, отец Ардиана, поднялся и вскинул руку вверх. Шум мгновенно стих, и даже тип в серой мантии побледнел. - Правильно ли я понимаю, что вы выносите на обсуждение вопрос о распаде Леоры и установлении границ? - тишина. Веруд дождался, пока стихнет даже шепот, и гордо поднял голову. -- Кто за?
По залу пронесся смущенный шепот, и руку поднял только наместник Агатола.
- Кто против?
Поколебавшись, наместники поднимали руки, но даже мне стало ясно, что в мире назревают серьезные проблемы. Я разжала руки, лишь сейчас заметив, с какой силой сжимаю подлокотники, и выдохнула. Чтоб я еще раз пришла на подобные сборища! А в газетах все так расчудесно и радужно!
- Тебе что, сложно было на улице подождать? - недовольна Ханна пробралась вслед за мной, уселась рядом и протянула мне бумагу с печатью шарго. - Твой пропуск! Ровно неделя в Храме! И постарайся, чтобы я об этом не пожалела!
Ханна дождалась, когда бумага окажется в моих руках, и нетерпеливо постучала по подлокотнику.
- И кстати! Еще раз замечу такую сценку с Каем, нашему соглашению конец. Я не просто все расскажу Шарго, я добьюсь того, чтобы ты сгнила в Архивах, поняла? Сестричка, - она невинно улыбнулась.
Я ответила ей такой же улыбкой и хлопнула ресницами.
- Сплюнь яд, отравишься, - елейно протянула я.
- Прежде тебя убью, - в том же тоне откликнулась сестра.
- Выживу назло.
- Ты меня слышала, - ласково парировала Ханна. - Люблю тебя, сестра.
- Я тоже... себя, - распрощалась я с Ханной и только, когда сестра встала, хмуро откинулась на спинку. Сестра словно пробуждала мои худшие качества.