Особенное - значит особенное. То, что принадлежало ему. Будет принадлежать... Если правильно разыграть карты.
А он их разыграет правильно.
Но прежде нужно разобраться с Братством. Планы Ардиана отличались от планов руководства - досадно, но не смертельно. Ардиан вздохнул и прислонился затылком к стене, прикрыл глаза. Братство уступит. Всегда уступало. Слишком многое зависит от правильных действий. Ардиан не мог позволить себе проиграть. Не мог упустить Арианну больше, чем упустил уже.
Время играет по своим правилам.
Ардиан открыл глаза и уставился на предмет своих мыслей, болтающий с настырным Каем. Проклятый мальчишка. Братство давно рассказало ему, с кем встречаться, на ком жениться... а он по-прежнему вечно вертится вокруг Арианны.
Кай не ровня таким, как Арианна. Трудно не заметить, как девушка сильно привязана к обычному магу - и все же, едва ли она отдавала себе в этом отчет, по привычке игнорируя собственные чувства. Вряд ли у Кая получится до нее достучаться... Не должно получиться...
Внезапный укол ревности стал для Веруда неожиданностью - какое давно забытое чувство... Он думал, избавился от него навсегда. Выдохнув, наследник прикрыл глаза. Кай еще пригодится. Не стоит давать волю эмоциям. Не стоит разбрасываться своими людьми так глупо.
- Какая неожиданная встреча! - отвлек Ардиана голос, и к ревности примешалась легкая досада. Почему Арианна не родилась Ханной? Пожалуй, он многое бы отдал за такие сладкие интонации в исполнении другой сестры.
- Куда уж неожиданней, - усмехнулся наследник, гася раздражение улыбкой. - Чудесно выглядишь, Ханна, как обычно, впрочем...
__________________
Ардиан
__________________
Внешность бывает обманчива, маски Ардиан вскрывал с той же легкостью, что пил вино. Ханна играла заученную роль. Как и миллионы людей до нее. Одно и то же. Из века в век. Одинаковые лица, знакомая фальшь.
Но Ханна была нужна ему. Приходилось играть в чужие игры. Порой утомительное занятие. И все же, отделавшись от Ханны, Веруд остался в коридоре, рискуя повстречать ее снова. В надежде, что не придется. Может, в иное время он охотно позабавился бы с ней... почему нет, Ханна мила собой. Но именно сейчас она стала бы помехой.
Прислонившись к стене, наследник сложил на груди руки, ожидая. Мерцающее небо за окном, жемчужное, в разводах перламутровых облаков, вызывало ностальгию. Совсем как тогда... и даже звук этих шагов, легких и едва слышных. Ардиан повернул голову, его губы дрогнули в улыбке.
Помимо того, что он обязан был подтвердить догадку, появление девушки вызывало приятное чувство. Интерес? Тепло? Азарт? Возможно, все вместе.
- Занятно, - хмыкнул Ардиан, вырывая из рук показавшейся девушки листок бумаги. Ну конечно. Угадал, девчонка нашла способ пробраться на остров. Терпеливо отведя бумагу в сторону, чтобы Арианна не выхватила ее из рук, он поднял бровь. - Хочешь поступать на Стража?
- Это тебя не касается! - Арианна потянулась за бумагой, хмурясь и кусая губы. Прядка волос выбилась из ее прически, почти касаясь губ, трогательно поджатых от гнева ... соблазнительно-красивых губ, с капризным изгибом. Ее хотелось защищать. Хотя она в этом явно не нуждалась.
И в то же время нуждалась в этом больше остальных.
Ардиан тихо и раздраженно выдохнул. Нелепое упрямство! Ему хотелось прикоснуться к ней, дотронуться до ее кожи, откуда такая тяга избегать его, как огня? Это начинало раздражать. Перехватив запястье девушки, Ардиан резко развернул девушку, прижимая к стене. Вот так не сбежит.
Стиснув ткань платья на талии Арианны, наследник с наслаждением вдохнул запах девушки, весенний, прохладный, яркий. Пропустил прядь темных волос, гладких, как шелк, улыбнулся. Прикосновения редко доставляли ему радость, но с ней иначе. Чувствовать тепло ее тела, быть к ней так близко - всего этого недостаточно. Он хотел большего. Девушка тяжело дышала, и наблюдать, как отчаянно она сопротивляется желанию, было занятно.
И так глупо. Все равно будет принадлежать ему. Всему свое время.
- Выпусти меня! - твердо приказала Арианна, глядя прямо в глаза. Смело. Это восхищало. Верудом любовались на расстоянии, никогда вблизи. В глаза ему попросту боялись смотреть.
И тем более боялись приказывать. Да еще так безрассудно. До знакомого звона в голове, настойчивого.
У любой лазейки в чужое сознание две стороны. Открывая других, открываешь себя тоже. Душа девушки напоминала журчание весеннего ручья, все еще скованного холодом, но такого удивительно звонкого. Стремящегося к свету и жизни... обжигающе холодного, ощетинившегося острыми иглами инея. Ардиан мгновение помедлил, сражаясь с желанием поступить ровно обратно приказу. Склониться, прикоснуться к ее губам своими... растопить лед...