– Так откуда Вам известны имена «Безымянного»? – первым делом, после положенных любезностей, уточнил Шеннон-Эршар.
– После того, что поведал обществу маленький наследник Вэба, нам пришлось вскрыть Запретную Библиотеку. Мы сочли «возвращение Безымянного» достаточно веским поводом для «вскрытия лишь перед Страшным судом». Мы вскрыли его в одиночестве, – Монарх заметил недоумение в глазах большинства слушателей, и перевёл: – Я вскрыл Запретную сам, – и тут же вернулся официальному стилю. – Мы старались не углубляться в опасные сведенья, разыскивая лишь подтверждение или опровержение слов юного Чешира. Долго искать и не пришлось. В томе «Слово Королям»…
– Ясно, – оборвал Шеннон, и Монарх посмотрел на него чуть укоризненно, не привык, видимо, к тому что «их» перебивают. – Оно начиналось с наших имен. Хорошо, что «вы» не углублялись в Архив. Время ещё не пришло, и страшный суд не будет связан со мной или с Лин. Я помогу «вам» запечатать открытое, надеюсь, на долгие тысячи лет.
– Да. Но у нас есть вопрос…
– Я отвечу на него наедине. И, – Шеннон вдруг посмотрел в окно, словно кого-то заметил там. – Йож, если информация о Запретной Библиотеке распространится за пределы твоей головы, её лишишься ты, а также все, кому ты расскажешь. И я действительно имею в виду голову, а не информацию.
После минутной тишины Монарх всё-таки уточнил:
– Здесь же защита от прослушивания…
– Сами же называли мальчишку наследником Великого Вэба.
– Но это мы в шутку выразились…
– Очень точная получилась шутка. Дар парня полностью аналогичен дару Вэба.
– Подозреваю, с Сашкой наш Ёжик снюхается легко, – пробормотала Лина.
– Да. Они там вместе подслушивают, – подтвердил Шеннон.
– О… – Лина вздрогнула, глянула на него с благодарностью, что не обещал лишить головы её брата, окну же она погрозила кулачком.
Шеннон продолжил серьёзный разговор, более не интересуясь наблюдателями:
– И как так получилось, что змей столько лет безнаказанно рыл под трон?
– О… Волкано, – Монарх прищурился и пару раз сжал-разжал пальцы, словно хотел подержаться за чьё-то горло. – Да, именно Змей, верно подмечено. И даже нельзя сказать, что именно под трон. Просто Трон и Сила для него тождественны.
– Судя по всему, его поведение сюрпризом для «вас» не стало.
– Не стало, да. Но как сильный и уважаемый маг, Волкано пользовался поддержкой Семерки, и наши два голоса в суде ничего не решили бы, а тайно убить не получалось, слишком хороша была защита: змей не терял бдительности даже во сне. К тому же он очень хитер и, если бы не «возвращение Безымянного», он бы так и не раскрылся. Он ведь не заговорщик – где есть заговор, есть и утечка, а потому заговор легко раскрыть. Волкано же тихо варился в собственной голове, а будучи слишком сильным магом, он мог не опасаться за проникновение в свои тёмные мысли. Мы… – Монарх, вздохнув, обвёл взглядом собравшихся и перешел на более приземленный слог: – я ещё очень давно, лет семьдесят тому, смог заглянуть в его мысли. Мы… я увидел, что Анаис знает способ обретения большой силы. Игнихоста, но не обычная, с самопожервованием – во времена двухсотлетней войны было немало смертников, ценой своей жизни уничтожавших врагов, – а принесение в жертву других людей.
– Как хотел он это сделать сегодня с Лён… ректором и Филиппом? – уточнил Влад.
– Да. И выглядит эта игнихоста, как обычно: вся сила мага-жертвы, и вся сила которую он способен захватывать, истекает во вне, выжигая всё вокруг. Вот только заклинатель остаётся в живых, а небольшая часть сил – совсем немного, какие-то крохи – вплетается в ауру заклинателя, усиливая его, увеличивая резерв…
– За время двухсотлетней войны было принесено тысячи огненных жертв. И… за время войны уровень силы Волкано очень вырос… – Ри-Кройзис потёр виски, словно информация не желала укладываться в голове.
– Во время войны, – Монарх медленно кивнул, – было не уследить, кто приносил себя в жертву сам – свидетелей не оставалось. И да, Леон, Волкано сильно вырос за годы войны. И вот в мирное время остановился в росте.