У меня задергался глаз, а Лина сглотнула.
– А дальше?.. – едва слышно просипела она.
– По слухам, через месяц парня кремировали, якобы констатировав смерть мозга. Но это очень сильно вряд ли. Его наверняка загребла спецура. Сильно сомневаюсь, что это был чувак из Шри-Ланки, имя ещё какое-то смешное ему приписали. Может даже он там где-то и очухался уже, кто знает. А девчонка увы… у неё родные из простых, денег на поддержание не было, так что через полгода её отключили…
– Что с тобой?! – Латика первой заметила состояние Лины, дернулась, придерживая заваливающуюся набок девушку. – Помоги! – крикнула брату, и они засуетились над тяжело дышавшей и дрожавшей всем телом Занозой.
Я оцепенел, стараясь не добавлять негатива своими мыслями. Хотя, меня тоже потряхивало, но я – это я. А ей, уже смирившейся с тем, что сама она вряд ли выжила, – дать надежду и тут же её разрушить, разбить парой слов.
– Ты – дурак, Серж, совсем дурак, – приговаривала Латика, опрыскивая лицо Мурхе водой из срочно поднесенного официантом бокала, и что-то бормотавшего в руку.
– Нет, не надо скорую! – тронул его за плечо Серж.
– Как же не надо?! – изумилась его сестра.
– У неё ведь нет документов, ничего нет! И кровь… в общем, какая скорая?
Лина вдруг дёрнулась, резко вдохнула и села ровно.
– Да. Спасибо. Скорую, точно, не надо, – ровным голосом, словно и не было только что приступа, сказала, утирая мокрое то ли от слез, то ли от испарины лицо, Лина.
Или уже не Лина.
***
Я нервничал…
Мурхе мне не отвечала.
Ни на простые мысли, ни на конкретные вопросы. Даже на мысленный крик.
Зато на поведение моё она реагировала, словно пыталась угадать, чего я хочу, но упорно «не понимая», что меня интересует состояние Лины. Понятно, что допускать её к управлению телом во время истерики не стоило. Кто знает, как проходят срывы в этом мире? Может и не случилось бы ничего плохого. Но всё же…
Всё же я нервничал.
Могла бы хоть намекнуть, что с ней.
А ещё меня снедало тревожное: «Неужели она, в самом деле, меня не слышит? Что должно было случиться для этого?»
Ответа не было…
Вместо общения со мной, Глинни договаривалась с новыми товарищами.
Оказалось, что фальшивым «пиплофписом» был только Серж. Что поразило меня особенно, девчонка, Латика, была старше брата на пять лет. И это притом, что выглядела даже моложе Глинни. Так вот, Латика оказалась настоящей бродягой, то есть человеком мира, и у неё, в самом деле, имелась безличная пэйкарта. Серж перевел на неё какую-то сумму, авансом за монеты. На досуге ушлый студент промышлял нумизматикой, как и многие ребята его возраста и положения. Нет, он не коллекционировал монеты, он их искал и продавал, и наши золотые его весьма заинтересовали.
Он долго крутил их в руках, с сомнением поглядывая на Занозу, кусал зубами и даже изучал через устройство, маскировавшееся под один из браслетов. Кстати, это оказался тот самый коммуникатор, который нужен всем людям, живущим в этом мире.
Такой же сняла с руки Латика и вручила Мурхе:
– Можешь юзать сколько нидно. Тут в оллволде у меня анон-акк. Можешь входить, если чё. Я не буду лочить комм. Если чё, связывайся с нами. Тебе точно не нужна помощь? Может, стоит поехать с тобой?
Мурхе от помощи отказалась.
– Думаю, монетки с аука улетят по космосу, – сделал вывод Серый-Грэй, кажется успевший с кем-то связаться и обсудить приобретение. – Разницу скину тебе. Сможешь распоряжаться, если будут нужны деньги посерьезней.
– Мы ещё кенсии? – Латика сентиментально утирала слезу. И мне никак не верилось, что она взрослый человек.
Мурхе будущих встреч не обещала.
Прощалась, благодарила, отказывалась от обещанных денег, пришлось даже слегка укусить её, чтоб без расточительства мне. Сошлись на том, что если выйдет больше, чем они сейчас «положили на счёт», то разницу Серж поделит пополам. А если за время нашего пребывания тут, Лина всё не расходует, то вернёт деньги на счёт Сержа. По крайней мере, постарается.
Я искоса поглядывал на Мурхе, периодически вызывая её на диалог, но она меня игнорировала, продолжая нервировать. Слишком много понимала она в реалиях этого мира для маленькой неместной Глинни.
«Неужели меня не слышит сама Лина?» – увы, вопрос оставался безответным.
Зато продолжалось обсуждение малопонятных для меня деталей, способов и времени связи, возможных планов. Бродяги всё предлагали свою помощь, от которой Мурхе отказывалась. Тогда они договорились выходить на связь, и…
– Если что – ты только свистни, мы подтянемся! – обещал Серый-Грэй.
«И это тот, кто кричал, что мир спасать не будет, – тяжко вздыхал я. – Хорошо, хоть на гитаре тут не играет»…