Талия быстро вошла в ритм бега, это дело она любила. Во время него мысли приходили в порядок, а любые сильные эмоции затихали. Решив не выделяться в этот раз, она держалась сразу за пятеркой лидеров, не слишком к ним приближаясь.
К середине трассы Кусатики уже обзавелись парой жертв, как оказалось, их зубы были достаточно мягкими, как будто из резины. А вот язык бил током. Поэтому отстающие не теряли конечность, которую откусывали бы Кусатики, но получали заряд бодрости и с новыми силами продолжали бег.
К концу забега похвастаться повышенной бодростью могла чуть ли не половина ее курса. Преподавателя веселили злоключения учеников, и он не упускал случая прокомментировать происходящее:
— Адепт Россох, вы уже близки к своему личному рекорду, в прошлый раз Кусатики вас облизали пять раз, а в этот раз всего три. Они вас так любят, зачем же вы от них убегаете… Никто не любит бедных Кусатиков, послушайте, как жалобно они клацают… Адептка Лори, ноги существуют, чтобы на них передвигаться, а не чтобы демонстрировать мальчикам. Хотя кусатики - большие ценители ваших ног, продолжайте плестись так же медленно и завлекательно, и они снова вас оценят.
После его замечания вышеупомянутая адептка перестала пытаться бежать изящно и красиво, а зарядила вперед, грузно топая и громко пыхтя. Надолго, конечно же, это ее не спасло, потому как выносливости не было никакой.
После занимательного забега, в процессе которого Талия так и осталась незамеченной среди лидеров, преподаватель устроил им не менее насыщенную разминку. Точнее, это однокурсники считали подобные упражнения чрезмерно активными, воительница же привыкла к подобному у себя в княжестве - сначала в военном училище, а затем в гвардии.
Когда занятие закончилось и преподаватель их покинул, в его сторону посыпались ругательства:
— Да что он о себе возомнил! У него самый бесполезный предмет, а он нас так гоняет.
— Я пожалуюсь на него отцу и ректору!
— Ненавижу, как же все болит, убейте меня…
Талия не разделяла подобного отношения, но ей было приятно, что ругаются наконец-то не на нее. И в целом она похвалила себя, что постаралась не выделяться в предмете, который ей давался легче остальных.
Это приносило свои плоды, оставшиеся полдня замученные адепты ругали вредного преподавателя и не замечали Талию. Теоретические предметы прошли тихо и незаметно.
После обеда же пришло очередное испытание ее навыкам практической структурной магии. Воительница так и не нашла того, кто бы научил ее создавать узлы структурной схемы. Сунулась было с этим к Родерику, но тому интересны только артефакты или их составные части, и он отмахнулся от ее просьбы. Сама Талия не достигла абсолютно никакого прогресса в этом деле.
Сегодня у них был предмет: Работа со структурными схемами. На их столе лежали небольшие артефакты, похожие на металлическое яйцо.
Профессор Розерфорд нарисовал на доске сложную схему из множества узлов и соединений.
— Вы будете учиться не только создавать новые схемы, но и разбирать уже существующие. Например, чтобы снять заклинание, которое удерживает схема. Для этого вы должны выключать узлы силы один за другим. И начинать нужно с техузлов, которые находятся обособленно от других, то есть имеют одну, максимум две связи с остальными узлами. Как я уже говорил ранее, узлы силы содержат магическую энергию, а линии соединения переносят эту энергию к соседнему узлу и обратно. Образуя энергетическую цепь. В момент, когда вы отключаете один из узлов, линия соединения продолжает переносить энергию к отсутствующему узлу еще пару мгновений, прежде чем автоматически погаснет. Если это одна или две линии, то обычно ничего страшного не происходит - количество энергии слишком мало, чтобы повлиять на что-либо. Но если линий к отключенному узлу было три или более, то высвобожденная энергия может превратиться в шаровую молнию или же вызвать взрыв. Поэтому начинайте выключать узлы строго с тех, к которым идет одна или две энергетические линии, - нудно рассказывал профессор
Талия смотрела на артефакт перед собой и готовилась к очередному провалу. Раз создавать узлы она не умела, то и отключать вряд ли получится. Максимум, что она научилась - это выявлять явные схемы.И сейчас любовалась на схему, наложенную на яйцо-артефакт, копию той, что была нарисована на доске.