Я краем глаза видела, как тела погружают в чёрные мешки и куда-то увозят.
От увиденного мои мысли вновь вернулись в тот самый момент.
«Твоя душа в твоих руках… Кто бы не стоял над тобой… Поступай по совести…» — непрерывно звенел в моей голове голос старушки.
Так она сказала… Что именно она хотела донести до меня? Я совершенно не знала этого человека. Но почему то сейчас думала только о ней.
В мою память врезались осколки воспоминаний о ней. Иссохшиеся руки. Тёмный платок. Её живые глаза.
Странная, непохожая на старческую, улыбка, в которой я видела что-то необычное. То, что сложно описать словами. Её лицо в моих воспоминаниях казалось вовсе не таким, каким оно видится мне в других стариках. Она была живой. Невероятно живой. И сильной.
От этих мыслей, возвращающих меня в то злополучное мгновение, в горле у меня встал ком и покатила тошнота.
— Девочки… Пойдём отсюда.
Они лишь молча кивнули.
***
Родители искали нас повсюду. И поверьте мне на слово, бучу они устроили нам похлеще, чем когда мы сбежали в первый раз.
Нас силком затолкали в машину и заблокировали двери, чтоб мы уж точно не сбежали во время возвращается домой.
Долгая поездка до базы. В полной тишине. Её никто не смел нарушить. Да и никому не хотелось. Все и так всё понимали. В добавок к этому, мы с девочками никак не могли прийти в себя после увиденного. Слов не нашлось ни у одной.
Всё также молча мы вышли к туристической базе и направились к катерам. Отшвартовывался последний.
И вот, сидя на носу корабля и наслаждаясь ночными пейзажами, я осмысливала происходящее.
Море уже не было таким красочным, как утром. Его смолисто-чёрные глубины, казалось, затягивали не только мой взгляд, но и саму душу, не оставляя ни частички в моём дрожавшем теле. Создавалось впечатление, что весь океан вымер, высох изнутри, и остался только мираж, пытающийся заполнить пустоту внутри себя, высасывая мои последние жизненные силы. Лишь полная луна, отражавшаяся в зловещем зеркале подозрительно спокойного моря, напоминала о существовании света, который в данный момент отчаянно пыталась поглотить непроглядная, густая тьма дождевых облаков.
Всё кругом молчало. Люди, море, небо. Тишина окутала нас своим удушающим одеялом, не оставляя надежды на спасение. И лишь изредка был слышен тихий шум мотора, боявшегося нарушить диктатуру, установленную всепоглощающей госпожой этой ночи.
Глава 5. Зов прошлого.
Тёмный, бесконечный коридор… Мгла ночи поглотила мрачные стены, не оставляя ни капли света абсолютно нигде.
Я бежала вперёд… Без оглядки… Совершенно не зная, куда ведёт этот страшный тоннель… В моей голове лишь звенели отрывки фраз, гулким эхом отражаясь от треклятых стен в могильной тишине:
«… душа в твоих руках…»
«… Не дай завладеть…»
«… Кто бы ни был… "
«… Говори правду…»
«… даже если смерть тебе грозит…»
«… Не забывай…»
«… Пообещай… Пообещай мне! Пообещай, что спасёшь всех нас!!!»
***
Я проснулась в холодном поту. На дворе стояла ночь. Повсюду была всепоглощающая тишина, нарушаемая лишь негромким стрекотанием кузнечиков. Полная луна заглядывала к нам в окошко, слегка освещая холодный каменный пол. На небе ярко сверкали звёзды, которыми было усыпано всё нежно-синее ночное небо.
Я поднялась с кровати, чтобы налить себе воды. Девочки спали. Но сказать, что мирно, у меня язык не поворачивался. Кажется, их тоже мучали кошмары.
Я подошла к ворочащейся Розе́. Она что-то невнятное бормотала себе под нос, и очень сильно жмурилась, словно пыталась закрыться от того, что видела.
— Роз, Роз. Проснись. Проснись! — громко говорила я, тормоша спящую подругу.
Она моментально распахнула глаза, начав жадно глотать воздух.
— Нет! Я не хочу! Пожалуйста… — кричала подруга в приступе паники.
— Тише-тише. Всё прошло. Никто тебя не тронет. Всё хорошо. Всё обязательно будет хорошо, — машинально говорила я, заключив подругу в объятья. — Я с тобой. Не бойся…
На глазах Розе́ проступили слёзы и она уткнулась мне в плечо.
— Что это было?
— Дурной сон.
— Нет… Это было словно наяву… Я слышала её голос…
— Чей?
— Той старушки, что говорила со мной перед…
Она не смогла договорить. Новая волна слёз подступила к её глазам и она вновь прижалась ко мне, пытаясь спрятаться в моих объятиях от всего на свете.
Я погладила её по голове и прижала сильнее.
— Не волнуйся… Я не дам тебя никому в обиду…
Оторвав взгляд от дрожащей Розе́, я заметила, что проснулась и Женя.
Буду честной, когда она спала, я заметила одну странную особенность. Женя раскинула руки в стороны, тем самым лежа в позе распятия. И самое страшное то, что судя по её виду, Женю будто кто-то держал во сне. Она сопротивлялась, пыталась вырваться… Но всё тщетно. Её насильно удерживали за руки.